Я немного постоял, раздумывая. Всё же неловко идти к Елене с пустыми руками. Набрал каши, накрыл тарелкой, чтобы не остыла. Немного подумав, добавил в неё немного соуса.
Хотя, если быть честным с самим собой, мне просто хотелось чем-то угостить Елену. Уж очень она мне показалась приятной. И дело не только во внешности. Было в девушке нечто такое, что заставляло относиться к ней по особенному, хотя это сложно объяснить. Ведь большинство соседей, проявляли откровенную злобу или зависть. А её спокойное отношение к происходящему и желание продолжать своё дело восхищало.
Я вышел за ворота с тарелкой в руках и Никой на плече. Панда принюхалась к каше и попыталась подцепить крышку лапкой, но я перехватил.
— Это не тебе.
Ника засопела, давая понять, что считает такое обращение глубоко несправедливым.
На этот раз по пути мне никто не встретился. Деревня после утренних событий словно притихла. Ни зевак у заборов, ни кумушек за калитками. Только куры бродили по обочине, да вдалеке раздавался мерный стук топора.
Я быстро добрался до заросшего вьюном забора. Калитка с узорным символом, похожим на руну, была притворена, но не заперта. Я толкнул её и шагнул во двор.
— Елена? — позвал я негромко. — Хозяюшка?
Ответа не было. По заросшему двору бдуждал лишь лёгкий ветерок и только.
Ника насторожилась. Уши встали торчком, хвост вытянулся. Чего она переполошилась? Но, признаться, её беспокойство передалось и мне.
— Елена, ты дома?
Я поднялся на крыльцо. Дверь в дом оказалась приоткрыта и покачивалась от лёгких порывов ветра.
Внутри царапнуло нехорошее предчувствие.
Почему у неё дверь не заперта? Она при прошлой встрече показалась мне весьма осторожной.
В голове тут же всплыли недавние события и пропажа Волоха.
Я заглянул в дом.
Внутри лишь полумрак. Я приоткрыл дверь и осторожно оглядел обстановку. От чего-то вспомнил дом Антония. Пучки сушёных трав на стенах, столы с глиняными горшками и плошками, ряды бутыльков. Перегонный куб в углу.
Дом как дом. Я вошёл внутрь и прошёл по комнате, заглянул за перегородку. Узкая кровать не застелена, одеяло упало на пол. А это странно…. Сумка с нашитыми кармашками, в которой Елена носила травы и зелья, висела на крючке у двери. Если бы она ушла к пациенту, сумку бы взяла.
— Да где же ты? — пробормотал я.
Ника на плече тихо заворчала. Через нашу связь почувствовал нарастающую тревогу.
Я вышел на крыльцо и оглядел двор.
В дальнем конце участка, за яблонями, стоял сарай. Небольшой, из потемневших от времени досок. Порыв ветра качнул его дверь, и та скрипнула, приоткрывшись на ладонь, будто приглашая внутрь.