Мать – это мать!
Мать девять месяцев носит ребёнка в себе. Мать всю жизнь потом чувствует его боль, его страх, его горе. На клеточном уровне.
Есть такое с отцами?
Может и есть, я не знаю…
Я ведь чувствовала, что что-то не так тогда, в роддоме! Надо было настоять на анализах. Но мне было так плохо… И родинка! Меня с толку сбила та родинка…
Господи…
– Мама, а папа сказал, что у меня есть сестрёнка. Я хочу её увидеть. Можно же, да?
Сестрёнка? Он хочет увидеть Вику? Сейчас?
Растерянно смотрю на Тагира.
Вика у меня, конечно, девочка спокойная, но иногда может «выдать». И я не знаю, как она всё это воспримет.
– Адам, мы же с тобой говорили, что возможно не получится сразу, помнишь?
– Да, я помню, мам. Мне тётя психолог сказала. Это нормально. Я могу подождать!
– Психолог?
– Да, Саша, я вожу Адама к психологу, сама понимаешь, в этой ситуации… Именно психолог посоветовала мне взять его с собой сегодня и… рассказать правду. Поэтому он знает, что ты его мама, знает про сестру. Доктор сказала, что так для него будет лучше.
– Для него… – повторяю, не совсем понимая, что же мне делать.
Нет, я очень хочу, чтобы мои дети встретились, познакомились.
Очень.
Но как?
– Мы с тобой можем посетить психолога вместе. Ты, я, Адам и… твоя девочка.
– Её зовут Вика.
– Я знаю…
Он сказал «твоя девочка» так, словно боится. Боится, что я не позволю им общаться.
Я бы не позволила. Никогда.
Если бы… если бы не Адам.
– Давайте… давайте попробуем познакомиться с Викой. Только… не будем говорить, что Адам её брат. Ты же справишься?
Мой сынок кивает.
Такой разумный!
Такой взрослый для своих лет!
Мне кажется, моя Викуля больше малышка чем он.
Поймёт ли она?
Господи, я так хочу, чтобы она поняла, приняла брата!
Как же я этого хочу!
На самом деле, ей придётся принять, потому что Адама я больше никуда не отпущу! Он будет жить со мной.
Тагир же сказал, что он привёз мне сына?
Пусть держит своё кавказское слово. Горец!
А я…
Поднимаюсь, держа сына за руку.
Говорю тихо, так, чтобы слышал только Тагир.
– Ты же понимаешь, что я этого так не оставлю?
– Мамочка! – Вика видит меня и сразу бросает игру с тётей, бежит ко мне, тянет ручки. Конечно же замечает вышедших со мной Тагира и Адама.
У меня внутри всё дрожит.
Тётя Женя глазами хлопает, явно потрясена. Няня просто улыбается гостям, она не в курсе всей ситуации.
Тёте я, конечно же, рассказала про визит бывшего.
Она меня не отговаривала, но головой покачала.
– Простишь его?
– И не подумаю. Но если Лавров сказал – надо, значит надо.
Женя согласно кивнула. Никита для неё – непререкаемый авторитет. Если бы не его помощь тогда – не представляю, как бы мы справились.