Тагир. Заберу твою любовь
– Ребёнок умер.
– Нет, это невозможно! Надо что-то сделать.
– Что?
– Не знаю, думайте, я плачу вам деньги!
– Я не умею воскрешать детей, даже за деньги.
– Я понимаю, я не дура. Найдите ребёнка! Пока моя дочь без сознания, найдите другого малыша.
– Вы понимаете, что это подсудное дело? И потом, если отец сделает анализ ДНК…
– Ничего он не сделает. А если и сделает – всё это можно заменить, подменить… Понимаете? Нужен ребёнок. Быстро!
– Степан Аркадьевич, тут девушку привезли, экстренно. Двойня.
– Иду. Извините, Марьям Муслимовна, я должен идти.
– Двойня… у кого-то двойня, а тут…
– Это не твой ребёнок, Тагир.
– Ты бредишь, Марьям…
– Я говорю тебе, это не твой ребёнок! Малыш Лейлы умер в родах.
– Ты сошла с ума?
Я смотрю на мать моей погибшей жены, и думаю, могла ли она реально сдвинуться, потеряв в один день любимую дочь и мужа? Они погибли в автокатастрофе три дня назад. Свёкр сел в машину моей жены, она была не в себе. Не справилась с управлением. Машина вылетела с серпантина прямо в пропасть. Они сгорели.
Трагедия.
Для всех, кроме меня, наверное.
– Ты не понимаешь, Тагир! Твой сын – совсем чужой тебе мальчик! Не нашей крови! А тебе нужен настоящий наследник!
Гляжу в её горящие глаза и хочется одного – придушить.
Когда-то эта женщина, Марьям, была близкой подругой моей матери.
Мать считала, что дочь подруги будет мне лучшей женой. Как же она ошибалась!
Теперь Марьям пыталась заставить меня опять жениться. Жениться на её младшей дочери Айше.
Пыталась заставить весьма странным способом.
– Я говорю тебе, Тагир, я была там в ту ночь! Ты же помнишь, как Лейла тяжело носила малыша.
Еще бы мне не помнить! Я знал, что эта чёртова сучка не хотела рожать!
Если бы я знал, что она хотела избавиться от ребёнка! Я бы сам избавился от неё еще тогда.
Но я был слеп.
Мне было всё равно.
Я женился без любви. Потому что было нужно жениться. Потому что надеялся, что женитьба на Лейле поможет заглушить боль. Хотя бы на время.
Я потерял девушку, которую любил. Потерял из-за собственной глупости.
Мне не хотелось жить тогда.
Но я должен был.
Мой отец тяжело болел. На мне была жизнь всей семьи, всего клана.
Не было времени страдать. Не было возможности для слабости. Да я никогда и не был слабаком.
Я выбрал жизнь.
Пусть со стальным жалом в сердце, с постоянной кровоточащей раной, с болью.
Я должен был жить.
Поэтому я женился на тихой, домашней девочке. Её воспитывали по нашим законам, по нашим правилам. Она должна была быть покорной, знать своё место, слушать мужа. Глаз от земли не отрывать!