Да никто и не сунется.
Незнакомцы на перроне шарахаются от нашей компании. Наверное, рыжий и его люди пугают всех одним своим видом, а мое бледное лицо вызывает лишь жалость.
Уверена, кто-то даже обвиняет, ворча про себя: «Сама, шлюха, виновата». Но мне нет никакого дела. Только темнота перед глазами. Пустота.
Меня толкают в спину и ведут к какой-то машине.
– Давай, красавица, полезай в карету, – слышу неприятный голос рыжего.
На душе вдруг становится тепло оттого, что этот ублюдок уже лишился самого дорогого в своей жизни, и, думаю, это еще не конец, поэтому произношу, даже с некоторым торжеством:
– Он убьет тебя, слышишь? Ахметов от тебя мокрого места не оставит.
Рыжий вдруг хватает меня за волосы и притягивает к себе.
Больно, но я держусь. Даже не вою.
У меня почему-то стержень внутри появляется только лишь оттого, что я теперь ношу фамилию Ахметова. Только лишь оттого, что у меня в животе есть частичка Тагира, которая не позволит сдаться.
– Это мы еще посмотрим, Есения. Это мы еще посмотрим…
Вдруг кто-то сзади зажимает мне рот ладонью.
Странное ощущение, и все уплывает. А когда открываю глаза, обнаруживаю себя совсем в другом месте.
Здесь воняет и очень холодно. Плохое освещение.
Где-то поодаль, скрипя, моргает длинная лампа.
У меня перевязаны за спиной руки и ноги тоже перекручены тугой веревкой, что болезненно врезается в плоть.
Лежу на холодном бетонном полу. Вижу поблизости мужчин, что меня привезли. Но здесь гораздо больше человек.
Начинаю елозить, чтобы оценить обстановку.
Что это за место?
Похоже на какой-то цех или завод заброшенный.
– О, красавица проснулась! – слышу голос, который кажется очень знакомым.
Поднимаю глаза и вижу… предводителя шайки малолетних бандитов.
– Ты..? – шепчу пересохшими губами.
– Я, – ухмыляется этот ублюдок.
Он присаживается на корточки, чтобы быть ко мне ближе.
– Спасибо тебе огромное, – нагло ухмыляется. – Ты вовремя объявилась.
– Вы не справитесь с ним… – понимаю, мои угрозы вовсе не звучат страшно. Они больше для меня самой, чтобы верить во что-то хорошее, что еще может со мной приключиться. Верить в принца, в спасителя. Как и любой девочке, мне спокойнее думать, что придет ТОТ САМЫЙ и решит все проблемы.
– Сомневаюсь, маленькая… – этот черт пытается добраться до моего лица, но я дергаюсь в попытке отгрызть ему пальцы. – А ты смелая, да?! Или глупая? Как правильнее назвать, подскажи?
Поджилки начинают трястись от страха. Сердце долбит, точно бешеное. И, несмотря на то, что хочется завыть, энергии в теле хоть отбавляй.
– Сейчас Ахметов приедет сюда совсем один. Лис обещал личную встречу без посторонних глаз. А тут мы, – усмехается с таким видом, словно предвкушает скорый крах Тагира. Уверен в своей победе, как ни в чем на свете.