Я могу быть ревнивым. Насколько сильно не знаю, моя жена повода не давала, и сейчас я расслаблен, когда она отвечает:
— Да, вот предупредила, что сегодня не получится встретиться.
Улыбается.
— Да пусть тоже приезжает, пообщаемся, — я тоже улыбаюсь.
Женя фыркает и закатывает глаза. Отворачивается к окну, делает вид, что шутку оценила, но, чем ближе мы к ресторану, тем задумчивее и молчаливей она становится.
— Передавай привет Пирату, — без энтузиазма произносит Женя, когда выходим из машины.
Пять лет назад она переехала ко мне, а ее кот — к Могилеву. В то же время мои рубашки переехали на полку к трусам и носкам, а вещи Жени заняли всю нашу комнату.
— У нас какие-то проблемы? — я беру жену за локоть и разворачиваю лицом к себе.
Заглядываю ей в глаза. Ищу подсказки, и их до черта: глаза моей жены бегают, она нервно кусает нижнюю губу.
— Нет. Никаких проблем, — мотнув головой, отвечает быстро.
— Не убедительно, Жень, — завожусь я.
Женя смотрит на носы своих туфель.
Даю ей эту паузу, но взглядом давлю, потому что терпеть не могу, когда я что-то не контролирую, а сейчас я явно что-то упускаю.
Женя выдыхает, поднимает ко мне глаза.
— Кирилл, — будто бы виновато поджимает губы, — там, в ресторане, нас кое-то ждет. Тебя… — тараторит она, — тебя ждет, — снова сжимает губы.
— Кто ждет? — напрягаюсь я.
Вздыхает.
Теребит цепочку сумки.
— Кто ждет, Жень? — наседаю я.
— Вот давай ты не будешь включать барана и напирать? — взвивается Женя.
Я убираю ладонь с ее локтя.
Сбавляю скорость.
— Что случилось? — говорю мягче.
Плечи Жени опускаются.
Она делает шаг ко мне. Встаёт близко, я чувствую исходящее от нее тепло и напряжение.
— Кирилл, там в ресторане… твоя мама, — пулей в висок врезаются слова.
Женя
Между его бровей вертикальная складка. Глубокая до неузнаваемости.
Кирилл кружит по моему лицу сощуренными глазами, словно в нем пытается найти перевод моим словам. Или их расшифровку.
— Она приехала еще…
— Жень! — грубо обрывает меня на полуслове муж. — Ты вот сейчас о чем?
Я… я открываю рот. Закрываю его.
— Там, в ресторане, твоя мама, — повторяю я. — Я хотела, чтобы…
— Женя! — он снова пресекает мои попытки что-либо пояснить.
Зажимает переносицу.
Шумно втягивает носом вечерний сентябрьский воздух.
— Кирилл, я понимаю, это неожиданно. Давай мы сейчас туда пойдем и…
— Жень, просто… замолчи, — цедит он, вперив в меня потемневший взгляд.
На его лице танец желваков. Злой, пугающий!
— Почему? — тихо произношу я. — Кирилл, она ждет тебя.
Муж зажимает глаза, морщится, словно мои слова приносят ему физическую боль.
— Я ухожу, — бросает он. — Идешь? — он кивает в сторону припаркованных неподалёку от ресторана такси.