Он прав. Если бы я не услышала разговор, я бы не вспомнила его. Того парня… Его образ… его не было в моей голове. Он — всего лишь обезличенное знание, что у убийцы моей мамы был сын. И сейчас, когда я смотрела на Кирилла, какую бы не проводила параллель между ним сегодняшним и Кириллом из прошлого, в моей памяти ничего не щелкало.
— А потом? Что изменилось? Ты вдруг решил: а почему бы не трахнуть наивную беспамятную сиротку? Все равно она ничего не узнает… — съязвила я, ощутив во рту горечь от собственных слов. — И сколько бы мы так трахались? Месяц, два? Подожди! — воскликнула я. — Наверно наш последний раз был фактически последним? Наивная сиротка внезапно призналась в чувствах. Всё вышло из-под контроля, да? Но ты хотя бы повеселился? — из меня вырвалась злая, ядовитая усмешка. — Ведь это забавно — моя мать влюбилась в твоего отца, а я в тебя. Просто мистика какая-то! — я всплеснула руками. — Скажи, а что ты чувствовал, когда трахал меня? Какие-то особенные ощущения? Мы же практически родственники, — ядовито прошипела я.
— Тормози, Жень, — мотнув головой, процедил Кирилл, буравя мое лицо металлическим взглядом. Линия его челюсти стала жесткой и опасной.
— Иди ты на хер! Понял?! — взорвалась я. — Если бы я знала, кто ты на самом деле, я бы ни за что и никогда! Слышишь? Ни за что и никогда не позволила бы тебе до себя дотронуться! — я сделала вдох. — Убирайся! Уезжай! Я не хочу тебя видеть. Не хочу о тебе знать! Только не забудь вернуть мне мою жизнь до тебя. Спокойную и безопасную! Чтобы я ходила по улице и не огладывалась! Чтобы дома я не прислушивалась к каждому шороху!
— Женя… — Кирилл сделал шаг ко мне.
Я отшатнулась на два.
— Не подходи, — я выставила вперед руку. — Я требую, чтобы ты… — я схватила ртом воздух, — чтобы вы все забыли дорогу ко мне. В мой дом. Чтобы у двери меня не встречали твои «конкуренты». Чтобы не угрожали мне и не…
Грубый и неожиданный захват на моем локте оборвал на полуслове.
Секунда — и Кирилл прижал меня лопатками к двери машины.
Теперь он так близко. Так одновременно потрясающе и пугающе близко, что мое сердце замирает, а я перестаю дышать, испуганно вскинув лицо.
— Кто тебе угрожает? — его горько-дымное дыхание опалило мое лицо, по которому носились сощуренные темные, как черная яма, глаза.
Мне бы очень хотелось выплюнуть ему в лицо гордые слова о том, что я способна справиться с проблемами самостоятельно и в нем больше не нуждалась, но это он втянул меня в эти проблемы, он создал их мне, так что пусть и решает.
— Твой конкурент — так ты его представил, — с шипением произнесла я. — А оказалось ты у нас по ночам подрабатываешь супергероем, спасая бедных и несчастных! Сколько же в тебе талантов и ипостасей, м? Кто ты такой, черт бы тебя побрал, Кирилл Наумов? — выкрикнула я, не сдерживая эмоций, которые выплеснула из себя со словами.