Связаны бессонницей — Анна Белинская

Кирилл

Дома, ожидаемо, Жени нет.

Ожидаемо, твою мать!

Я без понятия, какую часть нашего с Варшавской диалога Женя услышала, но какой бы она ни была, этого оказалось достаточно, чтобы Баженова провалилась сквозь землю.

Просто, на хрен, потерялась!

Механический голос в трубке трансформировал тревогу в злость, с которой готов запустить свой телефон в стену.

За последние два часа, в течение которых я пытался найти Женю, трансформация произошла во мне примерно раз пять. От тревоги до злости и в обратном направлении.

Ее телефон выключен. Единственный и самый простой способ отыскать Женю — она ликвидировала. Осознанно или нет — я не в курсе, тем не менее результат одинаковый — я захлебывался в собственной никчемности. Оттого, что не мог найти её.

В столице не так много мест куда бы она могла податься. Их практически у нее нет. Как и друзей, насколько я успел узнать.

Последний сигнал с телефона Жени был запеленгован два гребаных часа назад. Сигнал из метро. Потом он пропал. Вместе с Женей.

Понимание, что рано или поздно она вернется домой, не утешало.

Я, мать твою, волновался. Она где-то одна, в двенадцатом часу ночи, с выключенным телефоном и мыслями, которыми сама себе могла взорвать мозг.

Я не помню, когда в последний раз настолько мучительно не владел ситуацией. Желание — подключить связи и вытряхнуть наизнанку столицу — зашкаливающее, нетерпеливое. Но я упрямо ждал новостей от Самурая и Бессонова, которых заставил рыть землю зубами.

Закурив уже третью по счету сигарету, я заглушил это нетерпение едким дымом.

Горечь провалилась в желудок, растеклась по крови, наполнила легкие.

Еще одна жадная психованная затяжка.

Я бросил курить, когда со мной за руку стали здороваться «денежные мешки». Когда одновременно носить рубашки за две штуки баксов и дымить паровозом стало не комильфо. Выдрал из себя эту зависимость с корнем, с тех пор меня ни разу не прельщало затянуться, даже на лютом нервяке.

Сжав сигарету в зубах, расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке.

Все раздражало до того момента, когда в ладони завибрировал телефон.

Не затушив, двумя пальцами отбросил окурок на асфальт и принял звонок:

— Да.

— Есть сигнал, — сообщил Таир. — Пеленгуется на Новорижском шоссе.

С мыслями о том, какого хрена Женя там делала, в башку врезались звуки пары входящих уведомлений.

— Точнее, — несдержанно произнес я.

— Кир, это частный сектор. Какой-то элитный коттеджный поселок. Там профессионально глушат сигнал.

Твою мать…

Как тебя туда занесло, девочка? Злость на нее я сжал в кулаке.

— Сбросить координаты? — уточнил Таир.