Когда она грациозно поднялась и подошла ко мне вплотную, обдав запахом своего парфюма, я уже ничего не соображал. Я с глухим рычанием схватил ее за талию, впиваясь в ее губы жадным, голодным, собственническим поцелуем, одновременно нетерпеливо сдирая с себя футболку.
— Блядь, Злата… ты меня с ума сведешь окончательно, — прохрипел я, подхватывая ее под обнаженные бедра и неся к огромной кровати.
Я бросил ее на пружинящий матрас и быстро стянул с себя джинсы, откидывая их в сторону. Она потянулась ко мне руками, но я перехватил ее тонкие запястья.
— Ложись, — хрипло, властно скомандовал я.
Я опустился на нее сверху, но перевернулся так, чтобы мое лицо оказалось напротив ее промежности, а ее лицо — напротив моего пульсирующего члена. Поза 69. Злата судорожно, предвкушающе выдохнула, когда я уверенно раздвинул ее бедра. Черные кружевные трусики полетели на пол.
Она уже была невероятно, одуряюще мокрой от своего же танца и возбуждения. Я провел языком по ее горячей, влажной щели, слизывая ее сладкий сок, и она громко застонала, выгибаясь дугой мне навстречу. В ту же секунду ее горячие, невероятно мягкие губы уверенно обхватили мою напряженную плоть.
От этого одновременного, двойного удовольствия у меня окончательно сорвало крышу. Я жадно впился губами в ее набухший клитор, всасывая его, работая языком жестко, глубоко и ритмично. Два моих пальца проникли внутрь нее, имитируя быстрые толчки, пока я доводил ее до исступления ртом. Злата стонала прямо в меня, беря мой член глубоко в рот. Ее язычок вытворял с головкой такое скользящее безумие, от которого у меня перед глазами плясали цветные искры.
Мы двигались в едином, бешеном, животном ритме. Воздух в спальне стал тяжелым, густым, насквозь пропитанным запахом секса и пота. Я чувствовал губами, как ее гладкие бедра неконтролируемо дрожат под моими руками.
— Да… Егор, да! Сильнее! — простонала она, отрываясь от меня на секунду, чтобы жадно глотнуть кислорода.
Я усилил напор, двигая пальцами быстрее и глубже, зарываясь лицом в ее обжигающую влагу. Злату накрыло первой. Она пронзительно, сладко вскрикнула, ее мышцы туго, как капкан, сжались вокруг моих пальцев, бедра забились в долгих, мощных конвульсиях оргазма. Ее сок щедро залил мое лицо, и этот вкус был лучшим из всего, что я когда-либо пробовал в своей жизни.
Но она не остановилась. Захлебываясь в собственном мощном оргазме, дрожа всем телом, она снова взяла меня в рот, сжимая губы так плотно и горячо, что я не выдержал. С низким рычанием, жестко зарывшись пальцами в ее разметавшиеся по простыне волосы, я толкнулся ей в рот до самого основания и мощно кончил, толчок за толчком изливаясь ей на язык.