«Ты же презираешь таких женщин!»
«Ты другое. Ты моя подруга. И я хочу, чтобы у тебя в мужьях оказались достойные мужчины.»
Его слова отдались теплом в груди. Я спросила:
«А как отличить тех, кто искренний‚ от тех, кто хочет престижа?» — спросила, чисто чтобы продолжить разговор.
«Смотри, как они смотрят. Если глаза, как у голодного фурсика у миски, — гони. Если тихо светятся… как у Атиша, когда он на тебя пялится, — тогда да. Ну, или как у меня, когда я вру, что не хочу жениться…» , — ответил он, добавив смайлик с подмигивающим чертиком.
«Ты невозможный» , — отправила я, но сердце ёкнуло. Если бы это было правдой.
«Серьёзно, Алиса. Будь жёстче ледяного сердца Сейзара. Если кто-то из этих двадцати не прыгнет выше головы ради тебя — вычёркивай. Ты заслуживаешь большего, чем полумеры».
«Спасибо, Кайс. Иногда мне кажется, ты мой личный страж-пессимист.» , — написала я, чувствуя, как его слова придают сил.
«Страж-реалист. А теперь спи. Завтра начнётся настоящая битва, а ты должна сиять, как та змея перед атакой.»
«Не переживай. В первую очередь я буду выбирать сердцем. Ну и с помощью лиафрита. Он-то не обманет.»
«Но в моем случае он оказался не прав…»
А вот это было больно. Эти слова расстроили меня. Он прав. Но неужели он ни разу не представил нас, как одну семью?
«Ладно, спи. Завтра увидимся. Если, конечно, меня не опередит Атиш. Уверен, он не отпустит тебя, пока не насладится твоим обществом сполна, восполнив дни разлуки.»
«Спокойной ночи…» — пожелала просто я и убрала шейл.
Сон накрыл меня, как волна. Я стояла в доме с высокими окнами, залитыми солнечным светом. На полу играли дети — мальчик с рыжими кудрями и девочка с серебристыми рожками. Их смех звенел, как колокольчики.
Из кухни доносился голос Атишхара:
— Кто ел мои пряники? Это же для гостей!
— Это папа Кайс! — крикнула девочка, указывая на лайса, который невинно развалился на диване с книгой.
— Я? Да я даже не люблю сладкое! — он подмигнул мне, а я покачала головой, пряча улыбку.
Дверь распахнулась — на пороге стоял Сейзар, засыпанный снегом.
— Почему у нас во дворе сугроб выше дома? Кто учил детей лепить крепости?
— Папа Кайс! — хором ответили дети, а Кайсэр застонал:
— Предают родные…
Атишхар поставил на стол поднос с чаем, обняв меня за плечи:
— Ну как, любимая? Выдержим еще лет сто?
— Выдержим, — прошептала я, прижимаясь к нему всем телом.
Я даже во сне знала, что это просто фантазия. Но было приятно погрузиться в нее, хотя бы во сне.
Глава 20. Заповедник
Я проснулась от настойчивого стука в дверь, уткнувшись лицом в подушку. Солнечный свет пробивался сквозь шторы, рисуя на стене золотистые блики.