В конце концов она не выдержала.
– Что вы здесь делаете? – спросила тихо.
Мужчина не ответил, лишь бросил взгляд в зал, безошибочно найдя в толпе царевича Ивана. Царевич смотрел на них и явно нервничал. Она спросила с нажимом:
– Зачем вы здесь?
Тот усмехнулся и протянул язвительно:
– Да вот, решил посмотреть, как княжна тут страдает.
И вдруг неожиданно крутнул пируэтом так, что у нее юбки взметнулись. Она и охнуть не успела, как он снова ее притянул к себе и прошипел в ухо:
– Освоилась замужем? Развлекаешься?!
У нее злость к горлу подкатила горячей лавой. Кто угодно мог ей обвинения в лицо бросать, только не он!
– Это не ваше дело!
– Не мое?! Милуешься тут со своим мужем, как там его зовут? Иван? А мой брат в Нави. Быстро же ты его забыла!
– Это НЕПРАВДА!
Ее просто трясло от злости. И, как назло, Иван, видимо, заметив неладное, двинулся к ним.
– Ну конечно, неправда, – презрительно хмыкнул Дий, кивнув на Ивана. – То-то он так испепеляет меня взглядом. Скажи еще, что ты с ним не спала. Лживая, как…
Это был предел. Она размахнулась, чтобы влепить Верховному пощечину по его лощеной физиономии.
Но тут случилось непредвиденное.
В зал ввалилась толпа. Вооруженные стражники, впереди оба царевича, Симеон и Борис. Музыка как-то сама собой стихла, раздались нестройные возгласы.
Пиршественный зал все больше заполнялся людьми. Все уставились на вооруженную стражу, слишком уж это напоминало переворот. Подвыпивший царь Осий враз протрезвел и уселся, поправляя сползшую корону:
– Что это вы, что случилось, сынки? – обратился он к старшим царевичам довольно твердым тоном, хотя и видно было, что глаза у него бегают.
Царевич Симеон вышел на середину зала и, ткнув пальцем в Василису, выкрикнул:
– Самозванка!
От неожиданности Василиса просто растерялась.
А царевич Симеон обернулся и крикнул кому-то из стражников:
– Неси сюда, живо!
Вперед вышел стражник и передал ему ларец. Тот самый, с лягушкой. Она беззвучно ахнула, вспомнив, что не запечатала его заклинанием, просто закрыла крышку на защелку. Собиралась же лягушку выпустить…
– Это что такое, сынок? – завозился царь, вытягивая шею.
– Это пусть Ванька объяснит! – рыкнул Симеон, обводя взглядом гостей, и встряхнул ларец.
Оттуда донеслось истошное кваканье. Зал сначала ахнул, а потом поднялся ропот. Иван замер в центре, словно закаменел, а братья царевичи наступали на него.
– Ванюша, что же это, а? Ванюша? – лепетал государь Осий.
Сам-то он вмешиваться не спешил и все косился на вооруженную стражу.
– Жена твоя, говоришь?! Привел потаскуху на честной пир, думал всех обмануть?! – продолжал выкрикивать Симеон, потрясая ларцом. – Вот она, твоя жена! А это – приблудная ведьма!