— Давай-ка подождем остальных здесь, — махнул я в сторону руин.
Шустрый кивнул. За пять минут мы осмотрели руины, а потом я переместился к группе. Один из близнецов дернулся, второй посмотрел на меня вопросительно. Седой даже не шевельнулся.
— Место нашли, теперь буду перекидывать вас. Только давайте по одному. Кого первого?
— Криса, — без раздумий приказал Седой. — Братья больше друг на друга полагаются, а Крис и один биться умеет. Если что, Шустрого подстрахует.
Я кивнул и подошел к здоровяку.
— Дай руку. И постарайся не отпускать.
Молчун молча протянул свою лапищу. Я обхватил его запястье, почувствовав под пальцами твердые, как стальные тросы, мышцы. Молчун в ответ сжал мое с силой кузнечных тисков — едва кости не затрещали. Подавив шипение, я шагнул в Тень, увлекая практика за собой.
И тут мир перекосило. Если обычно переход проходил более-менее легко, то теперь я словно зацепился крюком за бетонную стену и пытаюсь ее сдвинуть. Руку рвануло с такой силой, что в плечевом суставе что-то хрустнуло, полыхнуло болью.
Чернота стала густой, вязкой, как смола. Я будто тащил за собой не человека, а целую баржу. Энергия уходила рекой, выкачиваясь из духовного ядра с пугающей скоростью. Похоже, проведенные над практиком опыты сделали его в разы тяжелее для моей техники.
Я стиснул зубы, настраиваясь на метку, и последним усилием выдернул нас обоих из небытия.
Мы вывалились в руинах. Я едва устоял на ногах, сердце бешено колотилось. Я понимал, что мы оба едва не остались там, в черноте. Скорее всего, на остатках сил я разжал бы ладонь, оставляя практика в черном ничто, и попробовал бы выбраться сам, но получилось бы?
Молчун же не рефлексировал и не размышлял — похоже, даже не понял, что случилось. Сразу же перетек в боевую стойку, огляделся. И только потом, удостоверившись, что все в порядке, коротко кивнул и полез в карман.
— Седому передай, — протянул он мне серебряную монетку.
«Доверие», — говорил Седой. «Либо доверяем друг другу, либо расходимся», — говорил Седой. Вряд ли Молчун решил, что сейчас — самый удачный момент отдать долг. Скорее, у них был уговор, и серебряная монета была знаком, что все в порядке.
Я перевел дух и вернулся обратно к группе.
На этот раз возвращение прошло, как по маслу. Секунда во тьме, а потом я очутился рядом с Седым.
— Тянуть вас оказалось куда затратнее, чем я думал, — проговорил я медленно, чтобы голос не дрожал. — У меня осталось меньше половины Ци. Нужно помедитировать, восполнить энергию.
Седой внимательно смотрел на меня, что-то взвешивая в уме.