Постояльцы гостиницы — совсем другое дело. Большинство из них появляется ненадолго, и ты точно знаешь, что кто-то очень любит и скучает по этому зверю. Но по приютским скучать некому.
С дракошками я тоже с самого начала знала, что где-то у них есть мамы, и однажды этим малявкам нужно будет вернуться к ним. В конце концов, это дикие животные, а не домашние питомцы, и лучше всего им будет именно в родной стихии. Но не привязываться к малышам, которые появились на свет на твоих глазах и попили столько твоей крови, тоже невыполнимо.
Бежали, кстати, мы с Тимом — он с зеленой дракошкой на руках. Следом мчались бандиты-пересмешники — кто по земле, кто на бреющем полете — и мой кот. Последним торопливо, но не теряя величия, шествовал принц.
Я почти добежала до вольера, около которого толпились маги из королевской службы и наши волонтеры, когда вдруг споткнулась, осененная новой мыслью. Тим успел поддержать меня под локоть, второй рукой удерживая по-прежнему безмятежно дрыхнущую дракошку, и я тут же опрометью кинулась к профессору, топтавшемуся неподалеку.
— Профессор Кирреску! — наш консультант обернулся, поправляя очки. — Профессор, а вы уверены, что дикие драконицы примут своих детенышей, которые вылупились в их отсутствие? И главное — что детеныши примут мам?
Что ни говори, а для этих малышей родным стал именно остров Лирку, а родителей заменили сотрудники приюта. Как отреагируют драконята на незнакомых взрослых огромных дракониц? У многих магических видов срабатывает импринтинг — детеныши запечатлеваются на первого, кого увидят после рождения или вылупления, и именно его считают своим родителем… и еще, кстати, совершенно непонятно, как мамы будут разбираться, где чьи дети? Яйца перемешались сразу, а уж не перепутать свежевылупившихся малявок, когда у нас творилось тут драконье светопреставление, было и вовсе нереально.
Маги рядом сосредоточенно водили руками в воздухе, выстраивая временный портал, через который сможет пройти вся наша драконья армия.
— Кхм, — профессор бросил взгляд на разноцветный детсад в вольере, а потом — на бандитов-пересмешников. — Горные драконы чувствуют родную кровь. Так что, думаю, матери благополучно воссоединятся со своими детенышами.
— А… они? — я кивнула на сбившихся в кучку пересмешников, чувствуя, как комок застревает в горле. Да, мне жаль расставаться с бандитами-кукушатами, но… неужели у них нет ни единого шанса на настоящую драконью семью и собственную маму?
— Кхм, — профессор повздыхал, пожевал губами и снова без всякой необходимости поправил очки. — Сложно сказать. Обычно горные драконицы принимают таких подкидышей, вылупившихся в их гнезде. Они, безусловно, понимают, что это не их детеныши, но воспитывают их вместе со своими, никак не выделяя. Но в нашем случае… сложно сказать, да.