Новая клиентка уже стояла в холле, нетерпеливо барабаня длинными тонкими пальцами по стойке портье.
Кто это такая, я опознала сразу. Сложно не признать ведьму, если она стоит, опираясь на метлу, и зыркает из-под высокой остроконечной шляпы!
Ведьма оказалась юной — лет восемнадцати-двадцати, не больше. Одета она была в короткое черно-фиолетовое платье с пышной юбочкой, черно-белые полосатые чулки и туфли с крупными пряжками. Из-под широких полей шляпы в художественном беспорядке свисали черные пряди волос.
А вот питомец у нее оказался неожиданным. Точнее — фамильяр. Прямо на столешнице стойки портье сидел толстенький сурок в крохотной шляпке.
— Ведьма Гунилла? — уточнила я, припомнив недавний звонок, и дождалась небрежного кивка посетительницы. — Вы ведь должны были прийти позавчера.
— Ну да, — ведьмочка развязно пожала плечами. — Возникли непредвиденные обстоятельства. Я хочу сдать вот этого! — она ткнула пальцем в бок сурка, и тот возмущенно подскочил.
— Да! — возопил он неожиданно тонким голосом. — Заберите меня от этой! — и попытался точно так же ткнуть лапой хотя бы в руку хозяйки, но та вовремя ее отдернула.
— Мм… — я открыла журнал регистрации. — Назовите вид и кличку питомца, предполагаемый срок проживания, особые требования к содержанию.
— Неделя, не меньше! А там посмотрим! — злобно фыркнула ведьмочка.
Хм… надеюсь, она не собирается бросать своего сурка у нас?
— Вы поссорились? — осторожно уточнила я.
Фамильярами я интересовалась из-за нашей совы, так до сих пор и не назвавшей никому своего имени. Сейчас она дремала на жердочке над нашими головами. Судя по тому, что мне удалось узнать, фамильяры — симбионты ведьм и магов, и во многом перенимают характеры своих владельцев. Причем из-за прочных каналов магической связи между ними в разлуке одинаково страдают оба.
— Еще бы! — фыркнул сурок. — Эта дура собралась замуж, можете себе представить⁈ Еще ведовскую школу не закончила, а уже замуж ей подавай!
— Этот толстый комок меха не пускает меня на свидания, можете себе представить⁈ — в тон ему отозвалась ведьма. — Отваживает всех моих ухажеров!
В этот момент серебристый дракончик вспорхнул на стойку портье и принялся «незаметно» красться к сурку, пригнувшись и почти уткнувшись носом в столешницу, зато при этом высоко подняв попу с хвостиком-морковкой. Сурок опасливо отступил подальше. Бес, попробовав запрыгнуть следом, не осилил высоту, и обиженно размяукался, а потом встал на задние лапки, поставив передние на стойку, и принялся следить, задрав голову, за дракончиком.