А я так и сижу распятой перед ним. И уже больше себя ни в чем не уверяю. Мыслей нет. Их задавила тяжелая аура похоти. И никак по-другому не назовешь. Это же не чувства. Голый животный инстинкт.
Пора смириться с тем, что я слишком распутная. Должна делать все через силу. Сопротивляться желаниям. Но я всякий раз поддаюсь им, отдаваясь на все сто. Пусть и во благо.
И сейчас муж так неспешно погружает в меня пальцы, что я сама подаюсь бедрами им навстречу. Терпеть эту сладкую пытку невыносимо.
– Да, Бельчонок… Такая горячая. Мне не терпится трахнуть тебя. Так жестоко, как ты этого хочешь.
Новая вспышка. Мне кажется, еще пара пошлых слов, и я кончу лишь от звука его голоса.
Но вдруг происходит неожиданное. Ласки прекращаются. А Кир отодвигает стул назад, отдаляясь от меня. А я так и продолжаю сидеть. Складочки наливаются кровью сильнее оттого, как он смотрит. Я все больше увлажняясь, чувствуя, как по капле просачиваются все новые порции возбуждения.
Кир приближается головой к моей промежности. Я даже перестаю дышать. Он застывает очень близко к киске и дует горячим дыханием.
Я не смогу это пережить! Не смогу! Ощущения слишком запредельные. Разум оживляет самые порочные желания внутри меня. Особенно, когда Чернов пальцами разводит мои складочки в стороны.
Все, чего мне сейчас хочется – избавления! Избавления от возбуждения и близости сильного, охрененного тела. Остатки контроля, похоже, покидают меня, потому что я без стеснения прошу, не контролируя это:
– Пожалуйста…
Дана
Чего прошу не понимаю сама.
Пусть сделает хоть что-нибудь! Мне это нужно…
Покрываюсь мурашками до кончиков пальцев. Предвкушение. Кажется, приподнимает даже волосы на моей голове.
И вот губы Кира уже на внутренней стороне бедра. Я дрожу. Никто и никогда не касался меня там губами. Никто кроме Чернова, в принципе не касался меня в таких местах.
Меня трясет, точно от страха. Пытаюсь не задохнуться, пока мужчина медленно подбирается к самому важному. Он нарочно не спешит. А я лишь чувствую, как ускоряются внутри все процессы, и как жаркие волны приливают к заветному местечку.
Закрываю глаза. Не хочу, чтобы мерзавец видел там то, насколько он меня волнует, как сильно я хочу… прямо там…
И вдруг… бандит буквально впивается в мою киску губами. У меня перед глазами появляются настойчивые яркие звездочки. И, кажется, я чуть не кончила, когда язык впервые соприкоснулся с влажным чувствительным местом.
Я, конечно, предполагала, что это будет приятно, но даже не думала, что настолько. Буквально от каждого движения умелого языка, меня подбрасывает. Хочется визжать, а еще… самой грязно тереться о его губы, что так нежно, но настойчиво ласкают меня между ножек.