Мечтательно представляю себя в свадебном платье. Конечно же, я, как и все, с детства мечтала там о принце и всяком таком, и чтоб конь белый, а не педальный, и чтоб там платье пышное до невозможности, и вот эти все конфетти, караваи.
– Или же ты просто пробралась в мой номер тайком? – вдруг резко спрашивает Охотников и достает из мини-бара бутылку прохладной минералки.
– Что? Нет, конечно! Да как я могла бы… Да откуда у меня ключ и вообще… – нервно суечусь.
Охотников открывает бутылку с такой живительной водицей. От волнения у меня сильно пересохло в горле. Подбегаю к нему ближе.
– Я, вообще-то, приличная девушка! – грозно говорю, для достоверности пальчиком вверх машу. – Сказала, был секс, значит был! – выхватываю бутылку и выпиваю залпом.
Смачно вытираю остатки воды рукой.
– Да я верю тебе, – говорит снова приторно и прикладывает руку к груди. – Вот поэтому и предлагаю пожениться! Тут делов на пять минут. Распишемся и заживем, душа в душу.
Наклоняется ко мне ближе, проводит кончиками пальцев по губам, убирая маленькие капли от воды. Поправляет мой локон и бережно укладывает волос за ухо.
Нервно икаю в ответ. Это от газов. Вот поэтому и не люблю минералки и газировки всякие.
– Я не в обиде, честно, – смотрю на него снизу вверх.
Начинаю отступать. Смотрю на дверь, что так близко, и так далеко. Всего-то несколько шагов, и я свободна.
– Я готов взять на себя ответственность за эту ночь, – ухмыляется он.
– Спасибо, конечно, но мне уже пора, будем считать это ошибкой.
– А ну, стоять! – грозно кричит мне в спину. – Либо станешь моей женой, либо я вызываю полицию, и пускай они уже решают, ошибка тут или нет.
Полиция? Не могу этого допустить! Что скажет мамулечка? И как же моя карьера? А Аленка с Максиком? Как же они без меня.
Жалобно смотрю на наглеца, что так спокойно смеет мне угрожать.
– Ярослав, прошу, – пытаюсь выдавить хоть одну слезинку. – Не надо полиции. Мне нельзя… У меня там семья.
– Вот поэтому, дорогая Кристиночка, – притягивает меня к себе и крепко обнимает. – Предлагаю тебе свою руку и чего-то там еще.
– Сердце! – выдаю сквозь такие крепкие объятия. – Еще надо предложить и сердце.
Всхлипываю жалобно. Охотников гладит меня по голове, а я зачем-то громко вдыхаю аромат его тела. Пахнет алкоголем. Слишком сильно, так, что мне прямо в нос ударяет.
– Ну, сердце, так сердце. Плевать! – выдает Охотников и тут же отталкивает меня. – Так что собирайся, я договорюсь, нас сейчас распишут!
Берет свой телефон и начинает кому-то звонить. А я стою в номере с этим малознакомым, почти голым мужиком и не могу ответить ничего. Ведь выбора мне не оставили.