– За что?
– За то, что ты рядом, Лер.
Лера не смотрит на меня, заводит двигатель.
– Во благо, Ев.
Мы едем молча. Город за окнами плывет мягко, спокойно. Я думаю о том, как сегодня все
получилось… правильно. Без надрыва. Без слез. Даже встреча с Мироном не выбила меня
из колеи окончательно. Больно – да. Но не смертельно.
Я сильнее, чем была полгода назад.
Машина неожиданно сворачивает.
– Лер, – я смотрю в окно. – Мы вроде не сюда повернули.
– Угу.
– Куда мы едем?
– Сейчас узнаешь.
Я хмурюсь, но не спорю. Даже тогда, когда мы подъезжаем к вокзалу.
К большому и шумному.
– Лера?.. – я поворачиваюсь к ней. – Зачем мы здесь?
Она выходит из машины, обходит ее, открывает багажник и достает… чемодан.
Мой чемодан.
– Ты едешь на море, – говорит она спокойно. – Прямо сейчас. Отправление через
двадцать минут.
Я смотрю на нее, не понимая.
– Ты что… – я даже смеюсь от абсурдности. – Ты вообще в своем уме? Я на шестом месяце
беременности.
– Я знаю.
– У меня врачи и анализы…
– Все согласовано. И врачи тоже.
– Что?! А доставка кроватки и коляски, кто ее примет?
– Попросим твоих родителей.
– А твоя машина?
– Оставим на парковке вокзала, – решительно отвечает Лера.
Я качаю головой.
– Ева, – Лера подходит ближе, берет меня за плечи. – Ты устала. Ты держишься, но я
вижу, как ты держишься. Тебе нужно выдохнуть. Сменить обстановку. Услышать море.
– Я никуда не поеду одна, – резко говорю я.
– А ты и не поедешь одна.
Она кивает на себя.
– Я с тобой.
Я открываю рот, чтобы возразить, но слова не находятся.
– Нет, ты серьезно? – выдыхаю я.
– Да.
Мы идем по перрону. Я все еще не до конца верю в происходящее. Вокруг люди: кто-то
прощается, кто-то обнимается, кто-то спешит, а я будто выпала из времени.
– Лера, – говорю я уже в вагоне. – Это слишком.
– Нет, – она улыбается. – Это очень полезно для тебя и дочки.
Мы садимся. Поезд вздрагивает, готовясь к отправлению.
Я смотрю в окно.
Здесь остались страхи и незакрытые вопросы. Здесь остался Мирон – даже если физически
его рядом со мной давно нет…
Я кладу руку на живот.
– Мы едем к морю, – шепчу я. – Представляешь?
Внутри – тихий толчок. Как согласие.
– Смотри в камеру, – Лера поднимает фотоаппарат. – На память.
Щелк.
Я улыбаюсь в объектив – немного растерянно, но по-настоящему…
Поезд мерно покачивает. Я сижу у окна, прижимаю ладонь к животу и смотрю, как за
стеклом проплывают пейзажи.
Лера спит на нижней полке напротив, укрывшись пледом, который дали в поезде. Ее лицо
расслабленное, беззащитное. Она устроила этот побег за сутки, и я до сих пор не до
конца верю, что мы действительно едем.
На море.