– За Новый год, – говорит папа. – За то, чтобы он был лучше предыдущего.
– За Еву, – добавляет мама. – И за малыша.
Я чувствую, как глаза увлажняются.
– За нас всех, – поддерживает Лера.
Я делаю глоток сока и улыбаюсь.
Ближе к полуночи мы включаем телевизор. Куранты вот-вот пробьют. Я ловлю себя на том,
что не думаю о том, где он сейчас. С кем он .
Что делает.
И это – моя маленькая победа…
За несколько секунд до двенадцати папа говорит:
– Загадывайте желания.
Я закрываю глаза.
Мое желание простое – лишь бы малыш родился здоровым, а все остальное неважно…
Когда часы начинают бить полночь, я чувствую, как внутри меня что-то выравнивается.
Будто части меня наконец встают на свои места.
– С Новым годом! – кричит Лера.
– С Новым годом! – вторят родители.
Я улыбаюсь. По-настоящему.
После полуночи мы еще долго сидим, смеемся, смотрим старые фильмы. Мама засыпает
первой – прямо в кресле, а папа укрывает ее пледом. Лера листает фотографии в
телефоне, показывая какие-то смешные моменты.
Я выхожу на веранду.
Холод сразу «обнимает» лицо, снег продолжает идти, а улицы сверкают огнями. Где-то
вдалеке слышны голоса, смех, музыка.
Я стою и дышу этим воздухом и не могу надышаться…
– С Новым годом нас с тобой, – говорю я тихо, кладя руку на живот.
И впервые за долгое время я чувствую не страх, а уверенность.
Этот Новый год без Мирона – он меня не сломал. Напротив, я чувствую себя еще сильнее,
ведь теперь я не одна. Во мне – зарождается новая жизнь.
После Нового года время будто меняет свою плотность, а иначе я это назвать, ну… никак
не могу.
Праздничный шум уходит, салаты заканчиваются, гирлянды продолжают гореть уже без
повода, и дни становятся тише и уютнее. Лера уезжает, а я остаюсь у родителей еще на
несколько дней – мама настаивает, папа делает вид, что он не переживает за меня, но
каждый раз спрашивает, тепло ли мне в моей детской комнате, не устала ли я, не хочу
ли я прогуляться.
Иногда мы гуляем с ним вместе, вспоминаем детство, и я даже позволяю себе однажды
расплакаться, но сегодня утром я выхожу гулять одна. Решаю побыть наедине с собой,
тем более, что у отца появились дела во дворе – там скопилось много снега после
новогодней ночи.
На мне теплое пальто и шарф, натянутый почти до носа, под ногами хрустит снег –
чистый, нетронутый, как будто мир только что перезагрузили и поместили сюда меня.
Улицы после новогодней ночи реально выглядят очень волшебно…
Воздух морозный, бодрый, он щекочет нос и заставляет укутываться в шарф плотнее.