Лисяна тоже заглянула в бумагу с немалым изумлением: что за ерунда? Переписать, что ли, Матвей решил? Спросить не успела: в кабинет ворвался дружинник.
— Княже, нашли кинжал! И тряпицу окровавленную, коей этот кинжал был обтерт.
— А ну, покажи! Где нашли?
Дружинник замялся, неуверенно глядя на Лисяну. А та с испугом и растерянностью смотрела на оружие в руках мужчины. Это был ее кинжал, некогда переданный ей Ольгом. И Нарана, кстати. Она много лет назад, когда Ингвар стал тянуть свои ручонки ко всему блестящему, кинула кинжал в сундук и совершенно про него забыла. Ну, нашли его, и что с того? Не думает ли дружинник?..
Между тем князь взял кинжал и принялся примерять его к ране на груди у Вольского, а потом сказал:
— Сомнений нет, именно этим оружием боярина закололи. Да вот и кровь плохо вытерли. Возле рукоятки осталась. Так где, говоришь, нашли?
— В сундуке боярыни.
Яромир вздрогнул, обернулся.
— Это мой кинжал, — признала Лисяна. Глупо было отрицать очевидное. — И многие из челяди его в моих руках видели. Велеслава и Дарёна — так много раз.
— Это степная работа, — заметил разбирающийся в оружии князь. — Откуда он у тебя?
— Ольг Бурый подарил. Давно очень, когда я только-только замуж вышла.
— А у него откуда? Игрушка дорогая, слишком дорогая для подарка. Или не знаешь?
— Знаю. Ему наставник подарил.
— А наставник его…
— Наран-гуай, но это уже не имеет значения.
— Сенные девки говорят, что видели боярыню, выходящую из кабинета. Во втором часу утра. После этого к Матвею Всеславовичу никто не заходил.
— Я… утром к мужу приходила. Он меня отправил спать потом.
— Вот оно как… Лисяна Матвеевна, придётся тебе пройти со мной. Будем грамоту составлять.
— К-куда пройти? — лязгнула зубами Лисяна.
— В палаты княжьи. Одевайся. Демьян, все документы собери в кабинете. Тело пусть в ледник отнесут.
Она не сомневалась, что Яромир во всем разберётся. Ей даже в голову не могло прийти, что он подумает о том, что Лисяна причастна к смерти Матвея. В голове стоял какой-то туман, боярыне казалось, что она видит себя со стороны: вот Лисяна Матвеевна надевает нарядное платье, вот просовывает руки в рукава кафтана, вот заплетает волосы в тугие косы и накрывает платком. Спохватившись, склоняется над открытым сундуком: платок ведь теперь нужен чёрный? Нужен, да? А может, это все ещё сон? Как тот, с Нараном. Запоёт петух, и она проснётся. Расскажет Матвею, а он важно огладит бороду и усмехнётся: «Коли смерть во сне приходила, долго жить буду».
Не будет. Ничего больше не будет. Как ей теперь жить?
Ладно бы муж просто взял и умер, к этому Лисяна была готова. Но знать, что его убили — да еще прямо в их доме! Да еще, скорее всего, какой-то знакомец, потому что чужак никак не мог в кабинет незаметно попасть, а еще на лице Матвея не было ужаса. Нет, он не ждал от убийцы удара кинжалом!