Когда я услышал об этом, мне стоило большого труда сдержать смех. Но сейчас, видя сосредоточенные лица отряда, я по-другому взглянул на это. Ведь в конечном счете какая разница, во что они верят, если это дает им уверенность в себе?
Остановившись перед статуей Эдварн тихо заговорил:
— Перед дозором мы просим благословения. Это наш обычай. Мы просим не о победе, а о ясности ума и о том, чтобы оружие в наших руках было верно делу.
У подножия статуи уже лежали подношения, оставленные кем-то до нас. Обрывки кожи, срезанные щепки, крошки хлеба, узелок с солью, смятый кусок ткани.
На самом деле не было абсолютно никакой разницы в том, что ты оставляешь, важен был лишь вложенный посыл. Каждый из мужчин прикоснулся к основанию статуи по очереди, оставляя свои подношения, я же смотрел и запоминал. Не хватало сделать что-то не то, беды потом не оберешься.
Внезапно Эдварн взял свой топор и ударил рукоятью по камню. Громко, с усилием. Звон был глухой, как удар по закалённому щиту, и на площади на мгновение повисла тишина, будто сам камень прислушался. Затем все произнесли нехитрую формулу, шепотом, словно подпевают старой молитве:
— Во имя Топора. Рука моя точна, помысел чист, а путь ясен.
Некоторые прикоснулись лезвием к основанию постамента, как будто придавая своему оружию вес слова. Все действие не заняло и минуты времени. И, когда все уже развернулись и направились к воротам, я тоже решил поучаствовать.
Подойдя к статуе, я возложил немного щепы, завалявшейся в кармане, дотронулся лезвием топора и перед глазами вспыхнуло системное сообщение.
Путь Созидания
Обнаружена «Живая сталь» в спящем состоянии.
Ошибка. Навык Живое ремесло слишком мал.
Активация невозможна.
Подсказка: развивайте навык через обработку древесины и интеграцию одухотворённых материалов.
Объект запомнил вас. Повторный контакт возможен
Опа-на. Вот тебе и Потертый Топор. Эмоции были через край, и все сплошь положительные. Осталось лишь прокачать Живое ремесло! Понять бы еще как это сделать, но дураком я себя не считал, так что обязательно разберусь!
Развернувшись, я последовал за отрядом, что отошел уже достаточно далеко от меня.
Вскоре город остался позади, и дорога вела нас по волнистым холмам, что были покрыты густой травой. Воздух был свежий, влажный, с запахом ночной росы. Сначала обход шёл спокойно. Мы окидывали взглядом кусты, проверяли овраги и примятые участки земли, иногда останавливались, чтобы осмотреть следы редких зверей.
Но примерно к середине маршрута наши шаги замедлились. Впереди, на открытом участке, стояло дерево. Одно-единственное, и оно явно не принадлежало этим местам. Толстый, темно-серый ствол, слишком мощные, изогнутые ветви, увенчанные редкими тёмно-зелёными листьями. На Земле таких деревьев я не припоминал.