— С чего ты взял, что из моего? — спросил Бреннер, и я расслышал в его голосе глухую надежду на то, что я ошибаюсь.
— А откуда ей ещё лезть? — спросил я. — Юзефа нашли у болота. Второго тоже рядом с твоим земельным участок, верно? Ты мне лучше расскажи вот что — когда ты начал копать вглубь?
Бреннер замолчал. Я видел, как он считает в уме, шевеля губами, и как с каждой секундой к нему приходит понимание.
— Полторы недели, — выговорил он наконец. — Дней десять, может, одиннадцать. Я добрался до нижнего пласта. Торф там хороший, горит как уголь. Раньше брал сверху, только с него вообще толку нет. Тлеет и вонь стоит, х
Он осёкся. До него дошло, что десять дней назад начались и смерти.
— Тебе нужно остановить добычу, — сказал я. — Сегодня. И перекрыть осушительные канавы, чтобы вода вернулась в болото.
Густав посмотрел на меня так, словно я предложил ему собственными руками поджечь свой дом.
— Ты соображаешь, что говоришь? — повысив голос, спросил Бреннер. — Я только-только до хорошего пласта добрался. У меня заказ из города на крупную партию, даже задаток взял. А ты мне предлагаешь всё залить водой обратно.
— Послушай меня внимательно, Густав, — я говорил медленно, чтобы каждое слово влезло ему в голову. — Эта тварь спала в болоте тысячи лет, потому что её держала вода и верхний слой торфа. Ты этот слой снял и разбудил её. Чем глубже будешь копать, тем больше проблем возникнет.
— А вода тут причём? — спросил он уже тише.
— Комар — это насекомое. Они впадают в спячку при низкой температуре. Нужно вернуть в болоту воду, и те, кто только начал просыпаться, снова уйдут в спячку. Не успеют вылезти. А станешь осушать дальше, проснутся все. И тогда тремя солдатами ты не отделаешься. Они разлетятся по всей округе, а если ещё и размножаться начнут… Даже думать об этом не хочу.
Бреннер долго молчал. Я видел, как у него на виске бьётся жилка, и понимал, что внутри него грызутся два человека. Один считает убытки и задаток, который придётся возвращать. Другой вспоминает сухое лицо Юзефа.
— Насовсем я канавы не закрою, — выдавил он.
— Насовсем и не надо, — я подался вперёд. — Останови сейчас. Дай воде вернуться. А я за это время найду способ копать твой торф так, чтобы эти твари оставались в земле.
— Временно, значит, — Бреннер задумался. — Хорошо, я перекрою верхние канавы, спущу людей. Но если через неделю ты не найдешь способ избавиться от этой напасти, я продолжу копать. Или сожгу здесь всё к чертям собачьим!
— Договорились, — кивнул я.
Бреннер сдержал своё слово. Я видел, как его люди сваливают землю и хворост в верхние канавы, и уровень воды стал постепенно подниматься, расползаясь по осушенным проплешинам. Это меня немного успокоило. Но передышка вышла короткой, и главное у меня было впереди.