Лицо у Бреннера было недовольное.
— Войцех, — он кивнул. — Рад, что ты так быстро приехал.
— Кто на этот раз? — я решил сразу перейти к делу.
— Антось. Обычный работник, не солдат. Один из батраков Преславицы, которого работал на меня. Нашли у третьего штабеля, — он мотнул головой вправо. — Я хочу, чтобы ты сам посмотрел.
Я пошёл за Бреннером. Возле третьего штабеля земля была примята, несколько кольев вырваны — видно, что тело перекладывали. Сейчас Антось лежал на расстеленном плаще, накрытый сверху.
Бреннер откинул плащ.
Я уже знал, что увижу. Но всё равно по спине невольно пробежал неприятный холодок. Человек, точнее то, что осталось от него: кожа, плотно обтягивающая кости, запавшие глаза, пальцы скрюченные. Ни крови, ни ран.
Только теперь я присел и посмотрел внимательнее.
На шее, у самого основания я обнаружил маленький прокол. Едва заметный, с точечным кровоподтёком вокруг. Такой не увидишь, если целеноправленно не попытаешься найти комариный укус. Я провёл пальцем рядом, не касаясь.
— Нашли что-нибудь рядом? — спросил я, не поднимаясь.
— Ничего, — Бреннер скрестил руки на груди. — Солдаты уже всё кругом прочесали. Никаких следов. Антось пошёл отметить в журнал сколько торфа отгрузили за день. Он у меня за учёт отвечал. Смышленный пацан, я даже удивился, что он читать и писать умеет. Ушел и пропал. Я решил проверить как у него дела идут и нашел труп.
— А где ты его тело обнаружил? — поинтересовался я. — Вижу, что переложили.
— Вот тут, у штабелей, — указал Бреннер.
Я выпрямился. Посмотрел на торфяные штабеля, а потом на болото, откуда его добывали.
— Густав, — сказал я. — Мне нужно тебе кое-что рассказать. По дороге сюда я убил существо в лесу. Оно на меня напало.
Бреннер поднял глаза.
— Какое?
— Большой комар. Размером с собаку.
Несколько секунд он просто смотрел на меня. Потом медленно сказал:
— Повтори.
— Большой комар. С хоботком толщиной с палец. Я его убил лопатой, но дался он тяжело — хитин прочный как броня.
— Хоботок, — повторил он глухо. — Когда Юзефа нашли… Его кожа словно к костям присохла, крови ни капли. У меня ведь возникла мысль. Словно его облепила целая стая комаров. Но списал это всё на разыгравшуюся фантазию. Ведь не теле укусов не было.
— Дырка от укуса была, — поправил я. — Маленькая. Такую с ходу и не разглядишь, особенно если кожа уже ссохлась. Сорок секунд и тело человека выглядит как вяленая рыба на рынке. Эта дрянь считалась вымершей. Очень давно. Больше пяти тысяч лет о ней никто не слышал. А теперь она лезет из твоего болота.
Повисла неловкая тишина. И я уже догадывался в чем была причина.