Две недели
Обратный путь занял больше времени, чем я рассчитывал. Тело требовало отдыха после интенсивного расхода маны, а испытание новой способности оказалось куда более затратным, чем ожидалось. Я двигался размеренно, выбирая тропы, где можно было идти без лишнего напряжения, и к вечеру второго дня добрался до окраин Вересковой Пади.
Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в медовые тона. Деревенские крыши темнели на фоне этого золотого полотна, из труб поднимались ленивые струйки дыма. Обычный вечер в обычном поселении на краю Предела.
Я направился прямиком к лавке Сорта, который еще работал.
Колокольчик над дверью звякнул привычно. Алхимик поднял голову от какого-то пергамента, разложенного на прилавке, и его лицо озарилось тем особым выражением, которое появлялось у него при виде потенциальной прибыли.
— А, молодой Вик! — Сорт отложил перо и потёр ладони. — Судя по твоему виду, поход вышел удачным?
Я молча достал из котомки мешочек с Солнечным Колокольчиком и положил на прилавок. Алхимик потянулся к нему с видом ребёнка, которому показали сладость, но замер на полпути, бросив на меня вопросительный взгляд.
— Можно?
Я кивнул.
Сорт развязал мешочек бережно, почти благоговейно. Когда золотистое сияние лепестков выплеснулось наружу, он втянул воздух сквозь зубы.
— Превосходный экземпляр, — прошептал он, склоняясь ниже. — Срезан в момент пика цветения, сохранён идеально. Вик, ты меня поражаешь.
Обычного торга не было. Сорт прекрасно понимал ценность того, что лежало перед ним, и пытаться сбить цену было бы глупо с его стороны. Пять золотых перекочевали в мой кошель, тяжёлые и приятные на ощупь.
— Заходи в заднюю комнату, — алхимик махнул рукой. — Чай поставлю, поболтаем. Выглядишь уставшим.
Я прошёл за прилавок, миновал занавеску из плотной ткани и оказался в знакомом пространстве, заставленном ретортами и склянками. Сорт засуетился у небольшой печки, подвешивая над огнём медный чайник.
— Ты знаешь, — начал он, доставая глиняные кружки, — я много лет в этом деле. Видел разных сборщиков. Деревенские парни, которые таскают всё подряд, лишь бы продать. Охотники, которым трава нужна только для приманок и ядов. Изредка попадались толковые ребята из соседних городов, но даже они…
Он удрученно покачал головой, разливая кипяток по кружкам.
— Ты другой. За последние недели принёс мне больше качественного сырья, чем все остальные за полгода. И ведь знаешь, когда срезать, как хранить. Откуда?
— Учился, — ответил я уклончиво, принимая кружку.
Сорт хмыкнул, явно не удовлетворённый ответом, но настаивать не стал. Он отхлебнул чая и откинулся на табурете.