Под громкие разговоры людей я получал истинное удовольствие, глядя на развивающиеся флаги Советского Союза и Сирии. Звук трепыхания на ветру этих полотен всегда приятно слышать.
Не торопясь и оглядываясь по сторонам, я направился к модулям. Надо было теперь найти, где мне проживать. На входе в жилой городок солдаты меня проверили и пропустили. Видно, что теперь нас целый батальон охраняет. Эти же солдаты и подсказали мне, где живут вертолётчики.
Несмотря на то что с Тосей мне было хорошо, по своим однополчанам я немного соскучился. Поэтому и взял с собой немного подарков от Юрия Фёдоровича. Он мне предлагал бочку с дистиллятом, но я согласился только на пару бутылок его самогона. А вот сало взял столько, сколько предложили. Этот натуральный продукт точно не залежится долго.
Достигнув нужного мне жилища, я вошёл внутрь. Не надеялся кого-нибудь здесь встретить, но обуви на входе в комнаты было много. Такое ощущение, что все сейчас охлаждаются под кондиционерами.
— Хозяева, разрешите войти, — громко сказал я, открывая дверь комнаты.
Но мне никто не ответил. Я сделал шаг за порог и увидел больше десятка человек, собравшихся за столом. Все повернулись на меня, но никто и слова не произнёс. Кто-то сидел на кровати, кто-то на стульях, а кто-то и вовсе стоял у стены, сложив руки на груди.
— Сан Саныч… — повернулся ко мне один из лётчиков-штурманов Ми-8, но дальше говорить не стал.
Улыбаться мне уже не хотелось. Собравшиеся в комнате были в подавленном состоянии.
— Кто? — задал я вопрос.
Я много видел подобных траурных собраний. И каждый раз хочется, чтобы оно было последним, а третий тост более не дополнялся новыми фамилиями из воспоминаний. Увы…
— Кто? — вновь произнёс я.
Так быстро я давно не искал отсутствующих в комнате. Рядом со столом сидел замполит Синюгин, который уже не излучал уверенности. Он-то чего молчит⁈
Среди присутствующих не было Кеши, не было юного Могилкина и не было ещё пары старших лейтенантов. Не смог я найти Хачатряна с Ибрагимовым. А ещё не было…
— Подполковник Тобольский, товарищ майор, — выдохнул один из лейтенантов, стоящих слева от меня.
— Олег? — тихо спросил я, глядя на Синюгина.
Замполит эскадрильи кивнул.
Хотел сматериться, посетовать на жизнь, начать проклинать стерву войну и костлявую смерть. Ком, сформировавшийся в горле, удалось проглотить не сразу.
Олег Игоревич, с которым мы вместе прошли за короткое время огромные испытания, теперь уже не прикроет меня. Человек с огромным иконостасом медалей, настоящий командир… много чего можно было о нём сказать.