— Это хорошо.
С Евгением Михайловичем разговор мы закончили. Далее нужно было разобраться с помещениями в штабе полка.
Отдельное здание для эскадрильи, как это у меня было в Шахджое, нам не было положено. Вместо этого в штабе полка имелось два кабинета. По задумке Бунтова, в одном должны были сидеть комэска, его заместитель и начальник штаба эскадрильи, а в другом все остальные лётчики.
Оценив размеры второго помещения, я пришёл к выводу, что в нём можно разместить не больше 6 человек. А в кабинете комэска было ещё меньше места.
«Экскурсию» по этим местам мне проводил начальник штаба эскадрильи — капитан Бухотин Виктор Петрович.
— Сан Саныч, мы тут в основном документооборотом занимаемся. Печатная машинка, штатный писарь эскадрильи, лётные книжки, журналы проверки журналов… как-то так, — показывал своё рабочее место капитан.
В кабинете стоял один большой сейф, мягкий диван-книжка и два высоких шкафа, закрывающих чайный уголок. Стоял на ногах и рядовой, который выполнял функции делопроизводителя у Бухотина.
— Как звать? — спросил я у рядового.
— Рядовой Волков, товарищ майор, — громко сказал молодой человек.
— Вижу, что рядовой. Как зовут — имя и отчество?
— Паша… эм… Павел Николаевич, товарищ майор, — ответил паренёк, который немного растерялся, когда я протянул ему руку.
— Вот это другое дело, Павел Николаевич. Продолжай заниматься. А мы с начальником штаба будем разбираться с документацией, — сказал я, снимая с себя куртку лётного комбинезона.
— Да, конечно. Всё подготовил, приготовил, сложил, — показал Бухотин несколько папок на свободном столе. — Тут… Олег Игоревич здесь сидел. Редко, правда.
— Понял, — ответил я.
Повесив куртку на вешалку, я сел на место Тобольского.
Пока мне тоже не по себе, что приходится вот так занимать место Олега. Тем более что их с оператором тела ещё не забрали. Но нужно работать дальше.
— Предлагаю вам начать с штатно-должностной книги. Хоть вы и знаете подавляющее число личного состава, но…
— Нет-нет, Виктор Петрович. Я предлагаю нам всем начать с кружки чая. Иначе дело у нас не пойдёт, — перебил я Бухотина.
Такой подход мне больше по душе. С делами нужно разбираться спокойно, без нервов, иногда разгружая себя приятным горячим напитком.
Чай у Бухотина был местного производства. Вкус приятный, насыщенный, без лишних примесей и запахов.
Пока я просматривал документы, в углу тихо работал телевизор, передавая последние новости в эфире сирийского Первого канала.
— При атаке на позиции сирийских войск, мятежники использовали нагруженные взрывчаткой автомобили для прорыва обороны. Есть информация о минировании исторических памятников на территории древней Пальмиры. В самом городе Тадмор идут бои.