Вокруг Тихона возник полукруглый голографический экран, в котором он увидел рай. Тёплое южное море лениво набегало волнами на песок, розовые чайки носились над гребнями волн. На берегу грелись смуглые девушки в купальниках, жующие жвачку и бросающие цветастые фантики в воду. Чуть поодаль росли пальмы с чудесными плодами, похожими на пельмени, и гуляли маленькие розовые слоники, милые и пушистые. Воображаемая камера пронеслась дальше, вглубь райского острова, там на невысоких горах стоял величественный замок с острыми соломенными крышами, крутились карусели и мигали огнями увеселительные заведения. Тихон заметил на улице группу странных мужчин в полосатых рубашка и с радостью узнал в них политзаключённых, пропавших с их станции полгода назад.
Всё это неожиданно показалось таким родным и близким, что Тихон стал вспоминать своё детство — короткие обрывки и кадры
— А почему это мне туда нельзя? Им, понимаешь, можно, а мне…
— Акклиматизация. Инкубационный период. Ты так сильно привык к медвежатине и сибирской водке, что сразу просто так вернуться в рай не сможешь. У вас же там одни вегетарианцы!
— Веге… что? — переспросил Тихон.
— Мясное у вас там не едят, — почесал бороду зелёный. — Закон такой.
Тихон задумался. Стоит ли менять Сибирь на мир, в котором не едят мясного и не пьют водку? А может, так и нужно — не есть и не пить, может, к этому его, Тихона, сущность и лежит?
— И куда вы меня теперь?
Инопланетяне переглянулись.
— А давайте мы его на пару с тем гавриком очкастым? — предложил рыжий, с дредами. — В Центральное. Мне кажется, там вместе они неплохо справятся. А через пару лет — на Самоа.
9. Вместо эпилога
— Забыл, как эта фигня называется? С яблоком такая. У того, который последний подал.
— «Айфон», — Иероним Дермидонтыч поправил очки. — Предположительно пятый, возможно, четвёртый.
— Мощный?
— А то! Уж помощнее твоего «Филипса».
Тихон обиженно достал из кармана свой сотовый и посмотрел время.
— Да ну, мне его хватает. Ну что, до дому? Пока метро работает.
— Пожалуй, пора. Неплохо сегодня поработали… Девушка, подайте нищим прогрессив-металлистам!
Девушка, неуклюже перебегавшая на высоких каблуках подземный переход, сначала скривила напомаженные губки в презрительной усмешке, потом посмотрела на бородатого негра в рубахе-косоворотке и улыбнулась. Но денег не дала.
— Гордая, — шепнул Иероним Демидонтыч, снимая со спины чехол-рюкзак для балалайки. Тихон же возился с комбиком, отцепляя шнуры электрогитары. — Тихон, я тут, это самое… Не хотел сразу говорить, но, в общем… Любку снова на ночь позвал. Ты не против?