Миновав постовых, повозка въехала в город и помчалась по безлюдным улицам. В столь раннее время и мужики, и городские медведи мирно спали. Сибирский начальник с извозчиком беспрепятственно доехали до мрачного двухэтажного здания, украшенного гербом — двуглавым медведем с балалайкой и бутылкой водки в лапах. Это были КГБ-шные Застенки, оплот военной диктатуры и сибирского тоталитаризма. Оставив извозчика с собаками мерзнуть на морозе, Ерофей Ерофеич поздоровался с двумя охранниками в круглых фуражках и поднялся по лестнице в кабинет главы сибирского КГБ.
— Плохо дело, Ерофеич, — сказал Хвостов. — Водка кончается.
— Так пошли кого-нибудь на склад, — пробурчал главный начальник Сибири. — Проблем то. И ради этого ты меня разбудил?
— Ты не понял. Водка СОВСЕМ кончается. Через две недели все население Сибири рискует остаться без главного национального ресурса. Я же сказал — кризис наступает!
Ерофей Ерофеич остолбенел, затем схватился за голову и стал в панике бегать по кабинету.
— Срочно! Собирай Совет! Начальников всех городов! Чтобы послезавтра все были!
2. Перспективы
— Коллеги! — объявил Ерофей Ерофеич с трибуны. — Для нашей дорогой и горячо любимой Сибири наступают тяжелые времена.
В зале столичного Горсовета находилось семьдесят человек. Многие из городских начальников были пьяны и не слушали своего шефа, в зале царили шум и неразбериха.
— Ну, мужики! — крикнул Ерофеич, пытаясь добиться хотя бы какого-то порядка в рядах Большого Начальства. — Эй, там, сзади! Степан Степаныч, убери балалайку, невозможно совсем от твоей «Дубинушки»!
Степан Степаныч, начальник Усть-Илимска, проворчал что-то невнятное, но инструмент убрал.
— Ты давай, говори, что случилось-то! — крикнул нетерпеливый Аполлон Аполлоныч из Владивостока, сидевший на первом ряду. — Что я, зря семь часов на бомбардировщике через полсвета летел?
Ерофей Ерофеич осушил стакан, потом проворчал, оправдываясь перед Аполлонычем:
— Так ведь не слушает никто… Ну и пусть. В общем, ситуация у нас такая. Кризис, одним словом, и безрадостные перспективы! Москва и остальные европейские поставщики этилового спирта с понедельника прекращают поставки по трубопроводу Свердловск-Тобольск.
Главный начальник Сибири сделал многозначительную паузу.
— Безобразие! — первым не выдержал начальник Балалаевска, Тимофей Тимофеич. — Как же мы без спирта! Где московский посол?
— Посла! Где посол! — послышались голоса в зале.
— Сергей Владиславович, поднимитесь сюда, — позвал Ерофеич. — Проясните ситуацию.
На трибуну поднялся полный мужчина в пиджаке, без бороды. Ерофеич налил ему водки в стакан, но тот брезгливо поморщился и начал речь.