— Я не про еду, а про то, как вы только что стравили местную знать с Гильдией, пообещав им барыши от грязного района. Вы ведь понимаете, что натравили на Белозерова его же собственных клиентов?
Я промолчал. Она видела слишком глубоко для столичной гостьи.
— Елизарову нужны деньги, Посаднику — порядок, Шувалову — влияние, — продолжила она тихо, перечисляя. — И вы всем им дали ровно то, чего они хотели. Связали их одним Вашим интересом.
Она наконец повернулась и посмотрела без кокетства мне прямо в глаза.
— Вы строите государство в государстве, Александр. Мой дядя называет это узурпацией.
— Я называю это коммерцией, — спокойно ответил я.
— Называйте как хотите, но Белозеров не дурак, раз построил гильдию. Как только ваши курьеры выйдут на улицы, а купцы начнут скупать участки, Гильдия поймет, что петля затягивается.
— Поймет, — согласился я. — Обязательно поймет.
— И вас не пугает то, что будет дальше?
Я посмотрел за окно. Над Слободкой догорал багровый зимний закат.
— Если бояться огня, Екатерина, не стоит подходить к плите.
Она смотрела на меня еще несколько секунд. В ее взгляде мелькнуло что-то похожее на азарт. Аристократическая скука слетела окончательно.
— Значит, будет пожар, — она чуть подняла бокал, словно салютуя. — Что ж. Посмотрим, кто сгорит первым. Доброй ночи, боярин.
Она развернулась и пошла к дяде, оставив за собой тонкий шлейф духов.
Я проводил её взглядом. Столичная гостья оказалась не просто зрителем. Она приехала сюда за чем-то своим, и моя война её явно не пугала. Скорее, развлекала. Или… открывала какие-то возможности.
В любом случае, времени на загадки у меня не было.
«Десерт, — напомнил я себе. — А завтра — война».
Громкий бас Елизарова заставил меня обернуться.
— Сашка, кончай шептаться по углам! — купец, уже изрядно раскрасневшийся, требовательно постучал тяжелым перстнем по столу. — Мы дела обсудили, животы набили, а где финал? Ты нам сладкое обещал!
— Данила Петрович прав, — поддержала Зотова с легкой улыбкой. — Вы весь вечер обещали нас удивить, боярин. Пора платить по счетам.
Я кивнул. Пора.
— Десерт будет, Аглая Павловна. Но такое блюдо не терпит ожидания. Его нужно собирать прямо перед подачей. Прошу прощения, я оставлю вас на пять минут.
— Опять огненное представление? — с надеждой спросил Шувалов.
— Нет. В этот раз — чистый холод.
Я направился к кухне. Разговоры за спиной стихли. Гостям было интересно.
У самой двери меня перехватил Матвей.
— Шеф, всё готово, — тихо отчитался он, вытирая руки о фартук. — Сливки створожили как учили, палочки напекли.
— Хорошо.