О том, чем это может грозить стране, говорить не стал. Сама сообразит. И бабуля не подвела, скумекала мгновенно, судя по тревоге, промелькнувшей на её лице. Да и по заданному ею вопросу.
— Вы уверены, что у вас получится… предотвратить?
Голицын пожал плечами.
— Я постараюсь, а там… как обернётся.
— Остальное вы не скажете, оно и понятно, — понимающе кивнула Мария Фёдоровна. — Знаете, — грустно усмехнулась она, — был бы у меня хоть один из сыновей похожим на вас, я бы ежедневно судьбу благодарила. Да вот не сподобилась получить такого подарка от всевышнего. Единственное утешение — внук. И то до недавнего времени тревога терзала. Уж больно не те наставники. Ныне её у меня вашими заботами нет. Одно худо: Алёше ещё многому научиться предстоит. Посему наставник ему до-о-лго нужен будет. А с мёртвого какой толк? Так вы уж поберегите себя. И… вот ещё что. Скажите напоследок лишь одно, касающееся лично вас. Памятуя ваш предыдущий ответ, о родителях не спрашиваю. Иное хотелось бы знать: они ныне живы?
— Нет, — коротко ответил Виталий.
— Это точно?
— Абсолютно. Я лишился их в весьма раннем возрасте.
«Настолько раннем, что даже и не видел никогда», — мысленно добавил он.
— Что ж, тогда позвольте, я вас по-матерински поцелую и благословлю. Так сказать, на дорожку, — и её сухие губы бережно коснулись лба склонившегося к ней Голицына. — Вот теперь точно всё, — улыбнулась она, перекрестив его. — Ступайте, голубчик, куда хотели. Точнее… летите . И крылья берегите. Вам ими ещё не раз как моего внука, так и всю Россию защищать.
…Через пять дней два плохо выбритых странника в немецких солдатских шинелях оказались в расположении главной ставки германской армии.
Рассказывать о всех ухищрениях Вандама, пока он добивался встречи с главнокомандующим, слишком длинно. Получился бы отдельный роман с авантюрными приключениями. Главное — спустя всего сутки она состоялась.
Игра на упреждение
Окинув визитёров внимательным взглядом, Виттельсбах недоуменно нахмурился. Будучи неплохим физиономистом, он сразу понял, что перед ним ряженые. Причём оба. Но угрозой от них не веяло — на революционеров-террористов они не походили. Скорее, судя по выправке, на офицеров. Опять же, обещанные сведения чрезвычайной важности. Весьма любопытно. Что ж, послушаем.
Разумеется, их предварительно и весьма тщательно обыскали, проверив и содержимое вещевых мешков. Однако ничего подозрительного не обнаружили. В каждом сиротливо лежал надкусанный с краю чёрствый каравай ржаного хлеба грубой выпечки пополам с отрубями, вдобавок изрядно заплесневелый, завернутые в старую газету пара запасных портянок и всё в том же духе.