И в этом мне мог помочь только господин Омул, как заинтересованное лицо. Денег на других магов у меня не было.
— Я готов выслушать вас прямо сейчас, — ответил он.
Я кивнула. Меня опять повело так сильно, что Патрику пришлось поддержать. Я взглянула на него с благодарностью. Всё же он не такой плохой…
— Хорошо, давайте пройдём к бару…
— Прошу, — господин Омул подставил локоть. Когда я схватилась за него, он повёл меня за обломки барной стойки туда, где был вход на кухню.
Я попыталась собраться с мыслями: продумать, с чего начать разговор и как подвести к главному, к тому, что я ни в чём не виновата. Я такая же жертва обстоятельств, как и все остальные.
— Если то, что вы хотите мне рассказать, должно остаться только между нами, предлагаю пройти дальше, на кухню. У драконов очень хороший слух…
Я растерянно взглянула на него. Мой мозг всё ещё работал со скрипом.
— Нет, Авдотья будет очень недовольна. Она не любит, когда на кухню заходят посторонние…
— Авдотья? — нахмурился господин Омул. — Это драконья полукровка, которая работает у вас кухаркой?
Я кивнула и добавила:
— На самом деле это скорее мы с детьми работаем на неё… Она одолжила денег моему покойному мужу, чтобы тот купил трактир. И я всё ещё должна ей огромную сумму. Если бы она могла оформить трактир на себя, то я была бы кухаркой, а она хозяйкой.
Не знаю, зачем я рассказала всё это господину Омулу. Я собиралась поведать лишь о том, кто я и как здесь оказалась. Но мысли путались…
— У Авдотьи очень сильна драконья кровь, — добавила я. — Лина сказала, что никогда не видела, чтобы у полукровок были настолько драконьи повадки…
— Хм… Очень интересно… После того, как вы расскажете, как и у кого украли магию, я хотел бы, чтобы вы познакомили меня с вашей кухаркой.
— Я ничего не крала, — вздохнула я.
Мы как раз вошли на кухню и закрыли за собой дверь, чтобы драконы не смогли подслушать разговор.
На кухне было тепло и очень уютно. Лунный свет серебрил дорожку на деревянном полу. Печь дышала жаром, отдавая скопленное за день тепло. Мягко сияли натёртые медные котлы и чайники. На полке вдоль печи чернели тяжёлые пятна чугунных горшков, аккуратно расставленных вдоль стены.
— Что вы имеете в виду? — не понял господин Омул.
— Я попаданка, — призналась я, ныряя в омут с головой. — Совсем недавно я жила в другом мире…
Прямо там, стоя у закрытой двери кухни в полумраке осеннего вечера, я рассказывала господину Омулу, как всё случилось. Что я просто проснулась однажды не в своём мире. Что там я была образованной и довольно обеспеченной женщиной, руководила финансовой организацией, жила припеваючи и совершенно не собиралась ничего менять.