— Где сейчас ваша семья? — спросил Вигге.
— Точно не знаю. Демос спрятал их и периодически перемещает. Мне передают письма от жены, но вымарывают все указания о местах, где их содержат. Я не смогу их найти быстро.
— Значит, вы готовы принести в жертву семью ради смерти своего брата?
— Выходит, что так.
— Тогда, пожалуй, в вашей семье Демос — не единственное чудовище. — Вигге поднялся, немного неуклюже расправил складки непривычного одеяния. — Я даю предварительное согласие. Можете начинать собирать для нас обозы. Окончательно договоримся, когда прибудут мой отец и Волдхард. Они уже в паре дней пути отсюда.
— Дерьмо! — выругался Симуз, взглянув на клети с птицами. — Как все померли?
Смотритель Енних лишь виновато подал плечами.
— Да за одну ночь все передохли. Вчера парочка вялых была, от еды отказывались. Я из напоил водицей из родника. А утром прихожу… И вот, все передохли.
Медяк в сердцах пнул опустевшую клеть.
— Вовремя, как всегда.
— Да ты не серчай так, Алас, — попытался успокоить его Енних. — Переживут в Белфуре без очередного послания от твоего герцога. Аль важное что отправить надо?
— Надо было.
— Может у этих, в замке попросить? Они ж вроде союзничают с нами. Слыхал я такое.
— Ворота Амеллона для нас закрыты, пока не подпишем соглашение, — мрачно ответил Симуз. — Пока мирного договора нет, у нас война. Деватон нас не трогает и позволяет грабить окрестности, но и в город никого не пустит.
— И правда невезение… Тогда уж не знаю, чем тебе помогать.
— Как ворота откроют, возьми у Аллантайна денег на птиц, — распорядился Симуз и прошел к выходу. — Все равно пригодятся.
— Угу. Эй! — спохватился смотритель. — Они вроде не заразные, птички-то. Может возьмешь зажарить?
— Солдатам отдай. Но аккуратнее, может они все же порченные.
Покинув палатку птичника, Симуз сел на перевернутую бочку и раскурил трубку, чтобы как следует все обдумать. Весть о предательстве Линдра Деватона следовало доставить в Миссолен немедленно. Птицы передохли очень уж не вовремя: обычно Медяк обменивался зашифрованными посланиями через Белфур. Долго, но надежно. Еще один связной был в Амеллоне, но город оказался недоступен. Пробраться за неприступные стены не получилось бы даже у Симуза, вынюхай он хоть все свои порошки. Оставался один вариант — доложить Демосу лично.
Симуз мог бы легко выбраться из лагеря, но его останавливали два обстоятельства. Первое — он получил приказ убедиться лично в том, что выживший Грегор Волдхард таковым является. Увидеть, оценить состояние, выяснить его планы. Приходилось болтаться в лагере, дожидаясь прибытия короля. И, кроме того, Симуз очень хотел вытащить из лагеря Артанну. И хотя она порой надирала зад Торву, вагранийка оставалась калекой. Далеко не убежит, даже если захочет. Да и рунды крутились вокруг нее слишком уж часто — она почти все время была под присмотром. Отшибленная память осложняла задачу еще сильнее: Медяк даже не мог толком объяснить Артанне, как много это спасение для него значило.