Варт замялся, сбился с ритма, с явной ненавистью бросил взгляд на провокатора и, снова постучав по микрофону, объявил, что ситуация с тендером полностью под контролем и идёт в штатном режиме.
Но такой уклончивый ответ не устроил теперь уже нескольких присутствующих. Несмотря на формально «торжественную» обстановку, они повскакивали со своих мест, и, перебивая друг друга, наперебой принялись требовать конкретики, ясности, упирая на какие-то пункты предварительного договора или протокола о намерениях.
— Что, всегда у них так бывает? — шепотом спросил я, наклоняясь к Волкову.
— Нет, это особый случай, — так же тихо ответил тёзка. — Если им сейчас не дадут чётких гарантий, что земля под строительство порта уже выкуплена или вот-вот будет выкуплена, — всему конец. И Александр Карлович это прекрасно понимает. Люди, что стоят за большинством из здесь сидящих, ошибок не прощают. То, что происходит на бирже с акциями, — это ещё цветочки по сравнению с теми колоссальными убытками, которые они понесут от срыва подряда на строительство порта…
— Так это же ведь не полученная прибыль, а именно неполученная, потенциальная… то есть, убытки-то не прямые, — попытался я понять логику.
— А какая разница? — усмехнулся Волков. — Он их всех лично заверил, убедил, что гарантированно выиграет тендер и все получат свои барыши. А теперь выходит, что строить будут конкуренты на другом участке. Думаешь, ему это простят?
Вторым возможным местом для строительства порта был район под названием «Майский»: менее удобный, с мелководной и извилистой бухтой, без подведённых дорог и коммуникаций. Его единственным преимуществом было то, что земля там уже принадлежала другому крупному игроку — конкуренту Варта.
Волков замолчал, и сквозь нарастающий гул голосов я услышал, как наш сосед справа — кудрявый, энергичного вида мужчина явно славянской наружности — практически кричит в трубку своего компактного коммуникатора:
— Да, да, несомненно! Тендера не будет! Выставляйте всё на торги, срочно, может, ещё успеем хоть какие-то копейки выручить!
И хотя кричал он не особо громко, но то ли тембр у него был такой пронзительный, то ли в зале наступила мгновенная тишина, но его слова прозвучали на весь зал. На секунду воцарилась мертвая тишина, а уже в следующее мгновение помещение вновь взорвалось хаотичным хором нестройных голосов, теперь уже переходящим в панику. Кто-то прямо на месте, не стесняясь, разворачивал портативные терминалы и начинал лихорадочно ставить ордера на продажу. Кто-то так же орал в трубку, отдавая распоряжения. Но были и те, кто, не двигаясь с своих мест, с каменными лицами, что-то коротко и деловито обсуждал с соседями, их спокойствие было пугающим.