Этого «дядей» звать не стану — ему лет двадцать пять.
— Мы брата хоронили — под «ЗИЛ» попал, — сделал ему неловко «корсетный» — а вот этому от тридцати до сорока, рожа интеллигентно-еврейская.
— Меня вроде меньше помяло, — хрипло прервал я повисшее молчание.
Народ облегченно хохотнул — даже интеллигент! — и дядя Семен заверил:
— Да, считай, и не помяло — что тебе сотрясение и два сломанных ребра? Пару дней отлежишься, и домой — хоккей смотреть по телевизору!
Так себе перспектива — хоккей мне как-то не очень. Но «дома» всяко будет лучше, чем здесь. Ощутив позывы, попробовал встать и скривился — больно, блин, и голова кружится!
— Давай помогу! — воспользовался шансом «безрукий» и поднырнул мне под мышку.
Аккуратно поднялись — ему придется идти на полусогнутых, на полторы головы выше, — и я напряженно посмотрел на него.
— Да не боись, — хохотнул он. — Мне по-маленькому.
Это меня устроило, и мы медленно и печально выбрались в коридор.
— Петрухин! — раздался сердитый женский голос. — Куда его потащил?
— Ссать! — честно ответил мой провожатый.
— А утка на что? А меня позвать? — вкатилась в поле зрения полненькая, лет тридцати кудрявая медсестра.
— Да че он, не мужик? Сам не дойдет? — привел Петрухин разумные аргументы.
Медсестра посмотрела на меня, получила подтверждающий застенчивый кивок, вздохнула и посторонилась. В туалете безрукий отвернулся, пока я делал дела, — размер члена полностью устроил, учитывая, что я еще подрасту, — потом я стянул с коллеги по мочеиспусканию больничные штаны, он оправился, я натянул штаны обратно, и мы двинулись в обратный путь.
— Меня Андрей зовут, — видимо воспылав ко мне симпатией после такого трогательного ритуала, представился он.
— А я… — Проблема!
— Сергей! — хмыкнул он. — Крепко же тебя приложило.
— Крепко, — согласился я. — А как тут вода работает?
Наклониться, чтобы попить из-под крана, я не решился — больно же!
— Меня просить нужно! — снова заспавнилась рядом с нами медсестра и выдала мне стакан с водой.
Напившись, поблагодарил и спросил:
— Простите, не помню, как вас зовут.
— Антонина Петровна, — улыбнулась она, явив пару золотых коронок. — Ты иди, отдыхай, — мягко пожелала мне. — А ты его не колобродь! — это уже строго и Андрею.
Входили мы в палату под бормотание вернувшегося к чтению газеты «корсетного»:
— … Самолет Douglas DC-8 Super 63CF авиакомпании Seaboard World Airlines, США, нарушил воздушную границу СССР. На борту самолета находились 214 военных, направлявшихся на войну в Южный Вьетнам, и 24 члена экипажа. Самолет был перехвачен советскими летчиками в 8:20 утра и принужден к посадке на 2,5-километровой бетонной полосе аэропорта Буревестник на о. Итуруп в 8:39 утра. Самолет и члены экипажа находились на территории СССР двое суток, после чего были отпущены. Капитан самолета Джозеф Тосолини принес извинения за нарушение воздушной границы СССР.