В субботу вместе с мамой пришел толстый пришибленный плешивый мужик в костюме на размер больше нужного — на вырост брал, видимо.
— Это — Елистрат Венедиктович, — поджав губы, с явной неприязнью представила визитера мама. — Он тебя и сбил.
— Простите, бога ради! — явно не первый раз покаялся жирный и поставил на тумбочку рядом с моей кроватью авоську с парой яблочек и почему-то помидорами.
Витамин «цэ», так сказать.
— Здравствуйте! — пожал протянутую мне пухлую ладошку. — Спасибо за фрукты. Если вам это важно — я на вас совсем не сержусь, потому что ничего не помню. Да и живой остался, так что все не так уж и плохо.
— Двое суток на ногах! — вздохнул он. — Жена рожала, мчал как мог — водитель у меня запил, пришлось самому, вот тебя и не заметил.
— Родила? — заинтересовался я.
— Девочку, 3300, — похвастался «молодой» отец и спросил мою мать: — Давайте я вам все-таки помогу чем-нибудь.
— Нам подачек не надо, у нас все есть! — гордо отвергла она взятку.
Вздохнув, мужичок осторожно потрогал меня за плечо — вместо хлопка — и свалил.
— Надо было цветной телевизор с него стребовать, — подал голос «корсетный».
— Или холодильник! — внес корректировку «безрукий».
— Или стиральную машинку! — добавил вариант Семен.
Довольный совок стартер-пак прямо!
— А чего сразу не квартиру? — фыркнула мама. — Сама заработаю, и на холодильник, и на телевизор. Ишь че удумал — «заберите заявление, Наталья Николаевна, а я вашему мальчику путевку в ‘Артек»!«, — вполне похоже спародировала она, судя по всему, важного человека — раз из него можно вытрясти холодильник, телевизор, стиральную машинку и путевку в ‘Артек».
— При Сталине такой х*йни не было! — веско заметил «человек-мумия».
Перед выпиской меня, само собой, хорошенько осмотрел ряд врачей — включая психиатра. Мне поставили удобный диагноз «шоковое состояние» и вызванную им не менее удобную посттравматическую амнезию. Было очень легко — никому и в голову не пришло меня пытать, гипнотизировать и «прогонять» через полиграф. Врач в круглых очках много улыбался мне и маме, успокаивал и изо всех сил излучал оптимизм. Кроме того, все эти дни мама Наташа активно рассказывала мне обо мне и себе. Снова удача — Сережа был отличник, спортсмен (футболист) и вообще образцовый пионер. Единственный и любимый сын двадцатидевятилетней швеи-мотористки с одной из многочисленных московских фабрик — мы живем в столице, да! Так-то вроде удобно, но через регионы, где дым пожиже да труба пониже, «подниматься», на мой дилетантский взгляд, легче — особенно если ты, например, с Кавказа. Ладно, берем что дают — благо что дают полные горсти.