— Мне показалось, что ты… Что ты стала тенью…
— Тенью?
Дальше слова Милы стали совсем не различимы. Повернувшись к стене, я зажег фонарик. Сквозь слой плесени виднелся камень, а на нем…
Вычистив всю стену от пола до потолка, я отошел и направил лучик в пожелтевшую стену. На ней угадывался вытянутый черный силуэт, до дрожи напоминаваший человеческий.
— Зря, — услышал я голос и направил фонарик на Свиридову. Она тоже не спала. — Не хотела я, чтобы вы их видели. Похоже, у Нее другое мнение.
И взяв нож, магичка направилась к другой стене. Расчистив мох, она вернулась к своему мешку.
— Глядите. Они здесь в каждом доме. На каждой стене.
Я огляделся. Остальные молчали. Теней было шесть штук, черных и изломанных, словно они пытались защищаться от чего-то, ползущего из окон. «Ноги» теней начинались на полу.
— Мне приснилось… — сглотнула Мила. — Что из стены тянутся руки… И тащат нас к себе… Прямо в ст…
Вдруг снаружи раздался не то скрип, не то вой, и мы резко обернулись к выходу. Там тлел огонек сигареты — Акула несла свою вахту. Ее глаза слегка поблескивали во мраке.
— Спите спокойно, птенчики. Тени на стенах и мухи не обидят. В отличие от них.
И вслед ее словам снаружи раздался скрежет, звон и грохот. Тоскливый, протяжный звук шел цепью — из одного конца чего-то длинного к другому. Осторожно придвинувшись к окошку, я выглянул, но снаружи виднелись одни огни — цепочка огоньков двигалась через лес. Больше ничего нельзя было различить. Следующие пять минут мы, напрочь забыв про стены, молча слушали, как нечто зловещее двигается мимо нашего убежища.
— Что это?.. — спросил Шах, стоило звуку затихнуть.
Акула улыбнулась.
— Откуда мне знать? Иди сам спроси эту змеюку.
До «утра» мы так и не сомкнули глаз, а вместе с солнцем пришли новые проблемы — пропал один из бойцов. Звали его Чеснок.
— Кто его видел последний раз⁈ — вглядывался Скарабей в лица своих бойцов. — Он же был в дозоре с тобой, Акула?
— Он пошел спать, — развела она руками. — Все.
— Кто еще его видел?
В ответ было молчание. Сплюнув, Скарабей помчался в кусты. Мы рванули за ним, и там, в ста метрах от стоянки, наткнулись на следы ночного гостя. А были это поваленные деревья, вырванные с корнем кусты, а также гигантская борозда, утопающая в зелени.
Ночное существо, чем бы оно ни было, двигалось не спеша, буквально вгрызаясь в лесной массив.
Чеснока мы так и не нашли.
Ходоки были везде.
Побродив между них целый день, дрожащая фокс, осознала, что весь лес буквально кишит Ходоками. Их были сотни, а может и тысячи. Посматривая на нее холодными глазами, монстры бормотали свою чепуху и шли — все в одну сторону. В Амерзонию.