— Рассказывайте, — велел я. — Откуда и куда идёте?
Уилсон отставил кружку, вытер усы рукавом.
— Мы из Огайо. Три месяца назад вышли с караваном, двадцать фургонов, сорок три человека. Женщины, дети. Цель — побережье, земли в Калифорнии. Слышали, что здесь можно селиться свободно.
— Кто слышал? — перебил я.
— Слухи. — Уилсон пожал плечами. — Торговцы рассказывают, что к северу от испанских миссий есть русское поселение. Что там принимают всех, кто готов работать и воевать. Мы решили попытать счастья.
— Не туда идёте, — я усмехнулся. — Здесь не принимают всех подряд. Здесь своя власть, свои законы. И земля эта — не американская.
Уилсон нахмурился.
— Но мы слышали…
— Слушайте меньше, — перебил я. — Ваши люди где сейчас?
— В горах, в двух днях пути. Оставили с фургонами, сами пошли на разведку.
Я задумался. Ситуация была паршивая. Если просто выгнать их — пойдут к мексиканцам, разнесут слухи о золоте, о русских, о слабой обороне. Если пустить — создадут прецедент, за ними придут тысячи. Надо было действовать жёстко, но так, чтобы не спровоцировать конфликт.
— Вот моё предложение, — сказал я, глядя Уилсону в глаза. — Я даю вам проводников до побережья. Выход к океану, вода, еда на три дня. Но с условием.
— Каким?
— Вы оставляете мне свои карты. Все, что у вас есть. И оружие. Временное, — добавил я, видя, как вытянулось его лицо. — Когда будете возвращаться другим путём, получите обратно. Это плата за беспокойство и гарантия, что вы не пойдёте войной на моих людей.
Уилсон вскочил.
— Оружие? Карты? Это грабёж!
— Это цена за жизнь, — отрезал я. — Ваши люди умрут в горах без проводников. Мои индейцы знают каждую тропу. Без них вы либо замёрзнете, либо попадёте к шошонам. А те, в отличие от меня, не берут в плен. Только скальпы.
Он замер, переваривая. Его спутники переглянулись.
— Вы дадите расписку? — спросил наконец Уилсон. — Что оружие вернёте?
— Дам. С печатью и подписью. Именем императора всероссийского.
Он выдохнул, снова сел.
— Хорошо. Мы согласны.
— Финн, — я повернулся к ирландцу. — Проведёшь их. Возьми с собой троих индейцев, самых надёжных. Доведёте до океана, покажете воду, поможете с фургонами. И сразу назад.
— Сделаю, — кивнул Финн.
— И ещё. — Я снова посмотрел на Уилсона. — Передайте своим: если кто-то из вас вернётся с ружьём, я буду стрелять. Если кто-то из моих людей пропадёт по вашей вине — я найду вас и убью. Лично. Даже в Цинциннати. Понятно?
Уилсон сглотнул, но взгляд выдержал.
— Понятно.
Мы ударили по рукам. Американцы ушли готовиться к выходу, а я остался с Финном.
— Где тебя носило? — спросил я, когда дверь закрылась.