Вскоре сектанты скрылись из виду, а Этот с Мамой продолжали барахтаться в воде.
Болота, наверное, всегда были одним из самых страшных мест для людей. Но и самых притягательных, поскольку из-за своей непроходимости во многих местах влекли к себе учёных, искавших реликтовую растительность или не открытые виды фауны. Не став придумывать чего-то нового, учёные-болотоведы позаимствовали у народа обозначения разных опасных мест: «мшава» — моховое болото; «окно» — что-то вроде глубокой полыньи; «вадья» — то же окно, но очень широкое; «чаруса» — болотистая лужайка, скрывающая под собой топь.
Этому с Мамой было не особенно интересно, куда они провалились и как оно называется, но то, что они тонули, было понятно. Не было понятно, что делать. Этот попробовал задействовать пневмопривод, да только Мама оказалась слишком тяжёлой, и вытащить двоих Этому не удавалось.
— Брось меня! — приказала Мама.
— Нет, — отказался Этот.
— Я попробую по дну выбраться.
— Нет, — Этот сильнее сжал её руку.
— Ты совсем дурак? А кто людей возрождать будет⁈
— Вместе будем! — Этот снова попытался вырваться из трясины.
— Эй, путники, гой еси! — внезапно сказал кто-то. — А какого, гой еси, вы в болоте бултыхаетесь?
Мама и Этот посмотрели на говорящего. Им оказался небольшой вездеход на воздушной подушке, на лицевой части которого висел странного рода брызговик, напоминавший бороду. В общем-то, бородой он и являлся, поскольку вешать брызговик спереди не имело никакого смысла. Над бородой торчали два глаза-фары, а в качестве носа была катушка с лебёдкой.
— А ты, мил человек, кем будешь? — вежливо пробулькал Этот.
— Я — старичок-лесничок, — последовал ответ. — Давайте-ка я вам верёвицу метну, на суху землю вызволю, а там и потолкуем обстоятельно.
VI
Самара, 2153 год.
С самого утра Женя был как на иголках. На его ощущения влияли сразу несколько факторов. Само собой, предстоящий перелёт. Это было и волнительно, и страшно. Вторым слоем накладывалось ожидание вестей от Хикари. Она продолжала пытаться что-то сделать, но пока результатами похвастаться не могла. И, разумеется, перспектива тяжёлого разговора с Другом дополняла картину самыми тёмными и депрессивными мазками.
Робот суетился, носясь по квартире и приводя всё в идеальный порядок. Остатки продуктов — в машину для утилизации. «Умный дом» — в режим «Мы в отпуске». Вещи подготовлены, чемоданы разложены. Осталось только упаковаться.
Женя подошёл к книжному шкафу и стал выбирать. Все книги забрать было нельзя, да и нереально. Про библиотеку Друга он вообще молчал. Под неё был оборудован целый ангар, где хранились тысячи книг. Робот печалился на этот счёт, но тоже понимал, что с коллекцией придётся расстаться.