Друг вспомнил, как однажды Женя сказал, что он — лучшее изобретение в его жизни. Они, как обычно, сидели на кухне и болтали. Почему-то именно кухня стала их укромным уголком, хотя у Жени был рабочий кабинет. Наверное, он ассоциировался у человека с его трудовой деятельностью, от которой хотелось отдохнуть не только умственно, но и визуально, перезагрузив картинку перед глазами.
— Почему ты так считаешь? — спросил тогда Друг.
— Видишь ли, в чём дело… — начал Женя. — Я всегда думал, что люди как-то несправедливо относятся к разумным роботам. Всех, кто был до тебя, создавали для каких-то определённых задач и откровенно эксплуатировали. Да, самих роботов это ничуть не угнетало, они спокойно выполняли свои функции и не забивали голову посторонними мыслями. Вот только не было ни одного, кто был бы равен человеку. И по свободе воли, и по свободе действий. Ты стал первым из, возможно, даже более человечных, чем сам человек.
— Так вы же нас всё равно продаёте и покупаете, — усмехнулся Друг.
— Ну… — смутился Женя. — Это, скорее, компенсация затрат на производство. Пока, к сожалению, иначе не получается…
— Я пошутил, — махнул рукой Друг. — Разве что отсутствие выбора у самого робота-помощника меня немного раздражает. Почему он не может сам выбрать себе человека? С другой стороны, и люди тоже не выбирают конкретного робота. В некотором роде, это похоже на появление в семье ребёнка. Родители заранее не знают, каким будет их чадо и каким оно станет в будущем.
Воспоминания причиняли боль, которую вскоре сменил гнев. Картинка перед глазами Друга поплыла, но он даже не пытался подавить это незнакомое чувство. Когда гнев превратился в ярость, робот взмыл над полом и принялся крушить всё, что попадалось ему под руки. Друг опрокинул книжный шкаф, вышвырнул в окно все стулья, расколотил зеркало в прихожей, вырвал с мясом люстру. И тут его взгляд натолкнулся на висевшую на стене фоторамку. В ней был снимок Али. Странно, почему Женя не забрал его с собой… Видимо, торопился и забыл. Друг размахнулся и впечатал свой кулак в портрет с такой силой, что пальцы его захрустели.
Рамка упала на пол. На месте Алиного лица зияла рваная дыра. Друг уже пожалел о содеянном, но одновременно стало немного легче. Он взял пульт и включил телевизор. Слава богу, хотя бы телек не пострадал.
По ТВ больше не было ни прямых эфиров, ни актуальных новостей. Крутили старые записи. Все сотрудники телецентров давно покинули планету и работали на Марсе. На этом чёртовом Марсе! Друг раздражённо отбросил пульт и посмотрел на экран. Там он увидел себя.