– Отвяжитесь!
– Фу ты ну ты, какая цыпа! – почему-то обрадовался он и опять полез к Холли, широко улыбаясь и благоухая перегаром.
Холли стало страшно. И что делать, если он не отвяжется?
– Отстаньте от меня! – громко крикнула она, вырывая ладонь из потной руки настойчивого ухажера. – Я позову на помощь!
Пара, идущая впереди, обернулась.
– Да уродина, – вдруг с неожиданной злостью прошипел приставала, – кому ты вообще нужна!
И наконец оставил Холли в покое. Она брезгливо вытерла о джинсы дрожащую руку, которой он коснулся, и вдруг почувствовала, что с трудом сдерживает слезы.
Хватит! Хватит! – захотелось ей закричать, только она не знала, кому. Почему, когда все и так плохо, обязательно происходит что-нибудь, из-за чего становится еще хуже? Почему этот тип пристал к ней именно сейчас? И что это, так принято – сперва пристать к девушке так, что не отвязаться, а когда она все-таки вырвется, наговорить ей гадостей? И вроде должно быть наплевать на его слова, отчасти потому, что у Холли сейчас и так хватает того, о чем можно переживать, но ведь все равно почему-то обидно.
И больше не было никаких сил. Ноги дрожали, в глазах все расплывалось, в горле пересохло. Передышка. Ей была нужна хотя бы короткая передышка. И чашка чего-нибудь горячего, с сахаром. Например, кофе. Последний раз она, кажется, ужинала стаканом чая в поезде, вчера вечером.
За чашку кофе Холли выгребла почти все свои оставшиеся деньги и, уже расплачиваясь, пожалела, что не поискала что-нибудь подешевле. Зато в этом кафе было мало народу, играла негромкая музыка, и, усевшись на мягкий белый диванчик, Холли наконец перевела дух. Жалко, кофе быстро закончился, а на вторую порцию у нее, наверное, уже не хватало финансов. Она бы сидела и дольше, если бы не компания, плюхнувшаяся за соседний столик. Они галдели, шумно обсуждая одновременно несколько тем, девицы хихикали, а темноволосый, с небрежным шиком одетый парень, посмотрев на Холли долгим взглядом, вдруг наклонился и спросил у нее:
– Девушка, что вы делаете сегодня вечером?
Блондинка, сидевшая с ним рядом, изумленно уставилась на него. Холли тоже. «Да что им всем от меня надо?» – с удивлением – и одновременно тоской – подумала она.
– Занята, – буркнула Холли и с сожалением поторопилась покинуть удобный диванчик.
Темноволосый хотя бы не стал ее преследовать, дышать перегаром и хватать за руку липкими пальцами.
«Да что происходит?» – испуганно подумала Холли, лавируя в толпе. Теперь она немного приноровилась к мешанине лиц и Отражений и, наверное, поэтому отмечала заинтересованные взгляды, которые то и дело останавливались на ней. «Почему они раньше не замечали меня, а теперь…» Она запнулась и вспомнила про браслет, который делал ее невидимой для Зверей. Может быть, он делал ее незаметной и для всех остальных? Если бабушка умела сделать невидимыми вещи – почему бы ей не сделать невидимой Холли? Ну, почти невидимой?..