— Так, ребятки, хорош сырость разводить! Я приготовила ужин, быстро мыть руки и за стол! — говорит нарочито серьезно.
Сеня уходит в ванную, а я подхожу к Насте, притягиваю ее к себе. Ее большой живот упирается в меня, и я кладу на него руку, в ответ сразу же ощущаю толчок.
— Устали? — спрашивает с сочувствием жена.
— Оно того стоило, — улыбаюсь. — Теперь все закончилось. Больше она нас не потревожит.
Целую ее губы, пока не видит Сеня, а Настя оплетает меня руками.
— Соскучилась по тебе до ужаса, — шепчет горячо.
— И я, детка, но нельзя.
Врач запретил жить половой жизнью до самых родов, так что тут без вариантов.
— Хотя есть у меня один способ, как порадовать тебя, — играю бровями, и Настя заливается краской.
— Тш-ш, — прикладывает палец к губам.
В этот момент выходит Арсений и смотрит на Настю задумчиво, а потом спрашивает серьезно:
— Можно я буду звать тебя мамой?
Настя даже теряется, быстро моргает, осознавая. А потом глаза ее снова становятся влажными. Ох уж эти гормоны.
— Я буду очень рада.
Настя
Покупаю себе приторный какао с зефирками маршмеллоу и огромный круассан.
Выхожу в парк, присаживаюсь на лавочку.
Сейчас середина осени. Еще не холодно, до первых заморозков далеко, но и нет летнего тепла.
Глажу живот и рассматриваю людей. День будний, в основном народ на работе да на учебе. Это время мамочек, коих в парке довольно много.
Кто-то собирает листву с ребятней постарше, кто-то убаюкивает крох в колясках.
Скоро и я буду здесь гулять с коляской, брать горячий чай и выходить на улицу. Подружусь с такими же мамочками, как я. Станем болтать на мамские темы, куда ж без этого.
А пока у меня есть время для покоя. Я откусываю большой кусок круассана и принимаюсь жевать.
Антон выгнал меня в декрет. Да и я не сопротивлялась особо. Приоритеты я расставлять научилась и четко осознала, что вопрос здоровья всегда, при любых раскладах, самый главный.
Перед девочками немного совестно, ведь они прекрасно понимают, что взяли меня на эту должность, заведомо зная, что я уйду в декрет. Ко всему прочему я еще и ушла раньше срока, хотя планировала работать чуть ли не до самых родов.
Но как говорится, все, что ни делается, делается к лучшему.
Отпиваю какао из картонного стаканчика и зажмуриваюсь. Господи, хорошо-то как, а!
Так, надо бы заглянуть в магазин колясок и определиться уже наконец с этим транспортом. Потом… потом нужен ночник. Да, точно! Я же буду свет включать, чтобы ночью кормить грудью. А еще..
— Привет. — Тень вырастает передо мной, закрывая от солнца.