— Рад, что у тебя все хорошо, Настя, — поднимается и кивает мне. — Удачи. Мне пора.
Уходит, не дожидаясь моего ответа, а сижу как заторможенная, даже не моргаю.
— Мить! — выкрикиваю его имя и поднимаюсь.
Широкая спина Добрынина дергается, и он оборачивается, ждет, когда я к нему подойду.
— Я хотела спросить кое-о чем, — закусываю губу. — Не то чтобы мне был очень важен ответ, наверное, просто из любопытства.
— Ты о чем? — спрашивает непонимающе.
— Аврора показывала Грише некое фото, которое она якобы взяла у тебя в телефоне, случайно, с ее слов. Конечно, к этому фото прилагался рассказ о том, что мы с тобой спим, у нас страстный роман, и все в этом духе.
— А… да, — хмурится, вспоминая. — Она наплела мне с три короба про спонсорство, сказала, у нее куча бабок и она хочет их вложить. В одну из встреч попросила позвонить, мол, у нее сел телефон. Я отвернулся, так как она потребовала воды. Видимо, тогда и увидела эту фотографию. Что именно тебя интересует?
— Сделал ты фото намеренно, с какой-то целью, или для себя?
— Я бы никогда не поступил так с тобой, Настя, — качает головой. — Ты спала, я тебя сфотографировал, все. Я не планировал использовать это фото и тем более пересылать его кому-то. В конце концов, там нет ничего такого. Спит человек в одежде, и все. Аврора расспрашивала про эту фотографию, но я при ней ее удалил. Видимо, она успела ее себе перекинуть.
— Да, наверное, так и было, — киваю. — Пока, Мить. Спасибо тебе за правду.
Расходимся в разные стороны. И пусть у него все будет хорошо с новой женщиной, пусть он будет счастлив. Я выдыхаю, понимая, что не ошиблась в нем.
Гриша
Просыпаюсь, когда на улице еще темно.
Выходной день, а Насти нет в кровати, и это напрягает. Жду ее некоторое время. Может, она просто вышла в туалет? Но жена так и не возвращается.
Выползаю из спальни и иду на шум с кухни, а когда открываю дверь, застываю на пороге.
Настя стоит в фартуке, который еле сходится на ней из-за большого живота, и методично режет капусту.
— Настя, детка, что за хрень? — спрашиваю офигевше. — На часах пять утра, воскресенье. Ты чего?
Подхожу ближе, чтобы посмотреть на жену внимательно, так как поведение ее несколько странно — последние два месяца Настя спит до обеда.
— Вообще-то, это не хрень, а борщ! — вздергивает подбородок.
— Милая, борщ в пять утра это слишком даже для тебя, — качаю головой и подхожу со спины, притягиваю Настю к себе и кладу руки на живот. Глажу большими пальцами и спрашиваю мягко:
— Ну чего ты? Что случилось?
Настя громко вздыхает: