— Ты меня слышал только что? – Леня выгибает бровь. – Кому я про мягкость талдычу? Пап, никакой пощады. Мать провинилась и понесет заслуженное наказание. Пусть молит о пощаде, я ее послушаю, — закатывает глаза, словно представляет эту картину.
— Лень, ты слишком жесток к матери, — Тимур качает головой.
Не может он принять взгляды сына. Хоть и признает, что иногда строгость не помешает. Но Светлана, она всегда и все понимала. Поймет и в этот раз. Просто шок для нее сильный. Вот и чудит.
— Я жесток? – скалится. – После всего, что она годами творила? Это я еще очень снисходителен. Поверь. И заметь, большая часть наших проблем – это ее рук дело. А ты продолжаешь искать ей оправдания. Стыдно должно быть, пап.
— Извините, что прерываю, — на балкон просовывается голова моего безопасника.
— Что, Андрей?
— Мы это… — запинается, — Кажется, нашли ребенка.
— Где? В доме? С ним все хорошо? – Тимур нервно сглатывает.
— Вот одной проблемой меньше. Пацана нашли, — Леня приглаживает свои волосы.
— Нет… не в доме. Он это… — протягивает Тимуру мобильный телефон.
Сын подходит ближе, чтобы тоже посмотреть.
Если Тимур думал, что день был паршивым, как же он ошибался…
Он смотрит, слушает видео, и не верит в реальность происходящего.
Рядом с популярным, раскрученным блогером сидит Вера с ребенком на руках, плачет и рассказывает из какого ада она спасла малыша. И в подтверждение ее слов на экран выводят кадры устроенной Ариной вакханалии.
Светлана
— Марта, ты хочешь сказать, что мне мешок на голову надели по приказу Лени?
То, что сын встал на сторону отца это одно. Но слышать подобное из уст дочери…
— Это, мам, я только начала копать. Да, он заказал через посредника и не одного. Цепочка продуманная, и к нему сложно вела. Но конечный заказчик именно он. Доказательства у меня есть. И я бы о таком не врала. Он подкупил людей Шилова, все было по его приказу…
— Из-за патентов? Они хотели выбить подпись? Любым способом… — голос подводит.
Хватаюсь за горло, вспоминая недавние события. Когда человеку надевают мешок на голову, вряд ли его везут просто для беседы.
— Мам, он отморозок, который умел очень хорошо притворяться.
— Мой сын, — отхожу к окну.
Первые эмоции очень сильные. Они подобно цунами накрывают, окунают в омут предательства. Тимур… теперь родной сын. Он показал свое отношение ко мне.
— Мам никакой пощады. Ты это понимаешь, — Марта подходит и сзади прижимается ко мне.
— Понимаю, — отвечаю глухо.
— Девушки, простите, что отвлекаю, — на кухню входит Алексей, за ним виднеется фигура Ратмира. – Но вы должны это увидеть.