*Ника́х — в исламском семейном праве брак, заключаемый между мужчиной и женщиной.
«Хороший жених»
Агния
Я помню, как увидела его впервые.
На одном из огромного списка наших семейных мероприятий, куда были приглашены все семьи нашей общины.
Народу было очень много, и это слабо сказано.
Я медленно ходила вокруг столов, чтобы найти свои любимые, заварные булочки, которые расходились как горячие пирожки в голодный день, и была так увлечена своим делом, что не заметила…
Передо мной выросла скала. Это я уже потом поняла, что не совсем скала, когда врезалась в могучую спину незнакомца и грохнулась прямо на пушистую траву задницей в своем красивом, светлом платье.
Так меня впервые ударило током.
Его глаза…самые необычные глаза, какие я только видела. Что-то между нежно-салатовым, серым и голубым — яркие как звезды. На фоне его черных волос и кожи цвета какао они выделялись еще сильнее, а улыбка…Такая теплая, очаровательная, почти нежная.
Он протянул мне руку и сказал:
— Аккуратней, малышка, а то испортишь такое чудесное платье. Это стало бы самой горькой потерей целого вечера…
Я покраснела хуже, чем помидор на солнце, но приняла его помощь, и я хорошо помню, как сильно меня прошибло, стоило нашим пальцам соприкоснуться…
Мне было четырнадцать.
Понятное дело, что после той встречи я влюбилась в него по уши, но он был старше меня. Тогда Артур уже закончил первый курс университета, так что мечтать о том, что когда-нибудь у меня будет с ним шанс — дело гиблое. Я это понимала. Рыдала горько и безнадежно в свою подушку каждый раз, когда кто-то говорил о том, что хочет сосватать Артура с кем-то из моих знакомых, но, о радость! Он так ни на ком и не женился.
Поговаривали, что ему ни одна невеста не нравилась, а его отец никогда не собирался заставлять сына жениться. Все, что касалось этого — его выбор; его дело; его решение.
Так Артур стал чем-то недосягаемым ни для одной из нас, при этом он не стал менее привлекательным. Много лет его пытались заарканить то тут, то там, но все шло своим чередом.
А теперь что же? Моя очередь ощутить этот провал на своей шкуре?
— Папа, ты договорился с Алановыми? — тихо спрашиваю, перебивая возникшую тишину — он сразу цыкает и смотрит на маму.
— Ты опять, да?! Лейла, сколько можно?!
— Руслан! Что тут такого?! Я просто…
— Папа!
— Да, Агния, я договорился с Салманом! Но Артур же тебе нравился и…
Резко расширяю глаза.
— С чего ты это взял?!
Господи! А вдруг все знают, что я в него влюблена?! Какой позор…