Мысль закрутилась, обрастая деталями. Не восстанавливать старую систему, а создать новую, упрощенную. Поставить в подвале большую печь. От нее пустить не кирпичные каналы, а глиняные трубы, уложенные вдоль несущих стен первого этажа.
Горячий воздух будет идти по ним, нагревая камень, и выходить через дымоход. Стены превратятся в гигантские радиаторы.
Сердце забилось чаще. Это было гениально. И безумно. И сложно. Но это было возможно.
Мне нужен был человек, который разбирается в лесе, в материалах и, главное, не боится работы. Мне нужен был Артем.
Я дернула за шнурок колокольчика. Через минуту в дверь робко постучал Эдгар.
— Миледи?
— Эдгар, мне нужен лесник Артем. Тот, что нас сюда привозил. Найди его и приведи. Скажи, что работа и хорошая оплата.
На лице Эдгара отразилось удивление, смешанное с нежеланием снова выходить на холод.
— Но, миледи… Он где-то в лесу… Как его найти-то?
— Ты знаешь, где его сторожка, — парировала, не оставляя ему выбора. — Или Марта знает. Неважно. Я хочу видеть его здесь сегодня. Понятно?
Эдгар, понурив голову, удалился.
Он вернулся только к вечеру, замерзший и недовольный, но не один. Следом за ним, грузно ступая по снегу, шел Артем. На его плече был топор, а на лице привычная уверенная ухмылка.
— Ну что, хозяйка, — сказал он, сбивая снег с сапог о порог. — Опять работа нашлась? Вещи перевозить?
— Не только, — я указала ему на стул у камина. — Садись. Хочешь заработать по-настоящему?
Его глаза блеснули интересом.
— Я всегда не против. Что за дело?
Я взяла лист бумаги и уголь, чернила в замке давно высохли, и начала рисовать. Схему подвала. Печь. Трубы, идущие вдоль стен.
— Я хочу сделать отопление для всего замка, — объявила. — Не камины, а настоящее, чтобы во всех комнатах было тепло.
Артем смотрел на мои каракули, и его ухмылка медленно таяла, сменяясь сосредоточенным вниманием.
— И как вы это собрались делать?
Я объяснила. Про печь в подвале. Про глиняные трубы. Про нагрев стен. Я говорила быстро, увлеченно, боясь, что он сходу назовет меня сумасшедшей.
Но он не перебивал. Слушал, вникал. Когда я закончила, он долго молчал, разглядывая схему.
— Глина… — наконец произнес он. — Это возможно. У нас на реке пласты хорошей глины, жирной. Гончары из деревни брали. А печь… — он почесал затылок. — Кузницу восстановить нужно. Без кузнеца тут не обойтись. Но дядя Яков в деревне еще руки помнит. Он мне топоры правит.
— Значит, сможет помочь с печью и с обжигом труб? — уточнила, чувствуя, как надежда разгорается внутри.
— С печью — наверное. А вот трубы… — он скептически хмыкнул. — Это ж их сколько нужно? И как их обжигать, чтобы не трескались? Дело хитрое.