— Иван, — повторила я. — Иван Артемович. Красиво.
— Иван Каменев, — добавил Артем твердо. — Мой сын. Мой наследник.
Я взяла его за руку. Он сел рядом, обнял нас обоих. Так мы и сидели втроем, пока малыш не заснул.
***
Через месяц мы пошли в храм. Не в тот, старый, который я разморозила, а в новый, на холме. Деревянный, светлый, пахнущий смолой.
Иван был в белой рубашечке, которую сшила Марта. Вертел головой, разглядывал людей, свечи, иконы.
Священник читал молитвы. Я держала Ивана на руках и почти не слушала. Смотрела на людей. На Марту, которая утирала слезы. На Геральда, который стоял навытяжку, как на параде. На всех наших, кто пришел поддержать.
— Какое имя даете ребенку? — спросил священник.
— Иван, — сказал Артем громко. — А фамилию Каменев. Мою.
Люди зашевелились. Кто-то заулыбался, кто-то захлопал. Я смотрела на Ивана. Он вдруг открыл глаза и улыбнулся. Беззубой, смешной улыбкой.
У меня защипало в глазах.
После храма накрыли столы прямо на улице. Жарили мясо, варили уху. Иван спал в колыбели под яблоней, и женщины по очереди его качали.
Я сидела рядом с Артемом, смотрела на все это и думала. Год назад я была одна. Беременная, напуганная, в снежной пустыне. А теперь…
— О чем думаешь? — спросил Артем.
— Думаю, как жизнь изменилась.
— В лучшую сторону?
— В лучшую.
Он поцеловал меня в висок. Я закрыла глаза и слушала, как шумят люди, как смеется Иван во сне, как поет земля под ногами.
***
Прошло пять лет.
Я стояла на террасе нашего нового дома и смотрела на долину. От снега не осталось и следа. Везде сады, поля, огороды. Люди строят новые дома. Дети бегают по улицам. Река несет чистую воду.
— Мама! — заорал Иван откуда-то снизу. — Мама, смотри!
Я посмотрела. Он тащил за руку какого-то мальчишку, сына Геральда.
— Что случилось?
— Мы поймали змею!
— Какую змею?
— Маленькую! Мы ее в банку посадили!
Я вздохнула.
— Несите сюда. Будем разбираться.
Иван вбежал на террасу. В банке и правда извивался уж. Маленький, безобидный.
— Иван, это уж. Он не опасный. Отпусти его.
— А можно подержать?
— Лучше отпустите. Он насекомых ест. Пусть ползает, помогает нам.
Иван скривился, но кивнул. Утащил банку обратно вниз.
Я погладила живот. Огромный, как арбуз. Девятый месяц. Второй ребенок. Мы не планировали, но когда узнали, обрадовались.
Артем вышел на террасу, обнял меня сзади.
— Как ты?
— Устала. Когда уже это кончится?
— Скоро. Врач сказала, на днях.
— Врач сказала, — проворчала я. — Она каждый день говорит «на днях».
В этот момент Иван прибежал обратно, прижался ко мне, погладил живот.
— Когда сестра родится?