Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни — Алекс Скай

Чужая власть среди чужого труда.

— Мираэль исчезла, — сказал он.

Элина не удивилась так сильно, как должна была.

— Из дворца?

— Да. Когда мы выехали к пожару, я оставил приказ не выпускать её из зала. Она не выходила через двери.

— Через что?

— Через старый ход за музыкальной галереей. О нём знали немногие.

— Велора?

Рейнар посмотрел в сторону дороги.

— Велора утверждает, что нет.

— А ты веришь?

— Нет.

В этом коротком ответе было больше правды, чем во многих его прежних объяснениях.

— Браслет? — спросила Элина.

— У меня.

— Что это?

— Знак не дома Вейранов. Старше. Часть закрытого круга, который должен был исчезнуть после пожара монастыря.

— Закрытого кем?

Рейнар замолчал.

— Рейнар.

Он посмотрел на неё.

— Я не знаю всего.

— Но знаешь достаточно, чтобы понимать, что мне снова не рассказывают правду.

— Да.

Элина почти рассмеялась.

Усталость делала честность острее.

— Знаешь, что самое странное? Если бы ты сказал это три года назад, я бы, возможно, поверила тебе сильнее, чем когда ты делал вид, что контролируешь мир.

Он отвёл взгляд.

— Я был воспитан верить, что контроль и есть защита.

— Для кого?

Вопрос был тихим.

Рейнар не ответил сразу.

— Для тех, кто под моей ответственностью.

— Нет. Для тех, кто не спрашивает, какую цену платят за твою ответственность.

Он закрыл глаза.

На миг Элина увидела не наместника, не дракона, не бывшего мужа, а человека, которого тоже когда-то учили неправильно. Это понимание не оправдывало его. Не смягчало прошлое. Просто делало его вину сложнее, а значит — тяжелее.

— Я приехал не спорить, — сказал он.

— Тогда зачем?

— Предложить защиту.

Марта кашлянула так громко, что Тиш с дороги сразу крикнул:

— Что? Уже ругаются?

— Работай! — ответила Марта.

Рейнар не обернулся.

— Мои люди останутся у пекарни. Я пришлю строителей, камень, доски, серебро. До восстановления крыши ты можешь перенести детей в один из городских домов под моей охраной. Рину никто не тронет без моего приказа. Я объявлю, что пекарня находится под личной защитой наместника.

Элина слушала молча.

Слова были правильные.

Слишком правильные.

Доски нужны. Камень нужен. Серебро нужно. Люди для охраны нужны. Рина нуждается в защите. Дом стоит с обугленной крышей, договор с северными караванами под угрозой, город только начал верить. Одно его распоряжение могло закрыть половину дыр, которые она даже не знала, чем затыкать.

Именно поэтому отказ оказался труднее, чем она ожидала.

— Нет, — сказала Элина.

Рейнар будто был готов к возражениям.

Но не к этому короткому слову.

— Ты даже не подумала.

— Подумала.

— За одну секунду?

— За три года.