Дверь в квартиру открылась с привычным щелчком.
Первое, что ударило — холод. Сквозняк прошёлся по коридору, зацепил рукава, пробрался под одежду. Тихо звенело стекло, перекатываясь под ногами.
Я не сразу вошла. Стояла на пороге, держась за ручку, как будто это еще могло что-то изменить.
В комнате было не просто холодно — открыто. Словно границы стерли, и теперь сюда мог зайти кто угодно. Ветер свободно гулял по полу, шевелил бумаги на столе.
Мелькнула нелепая мысль: утром здесь всё было на своих местах. Чашка у мойки, документы, куртка на спинке стула. Обычная, временная, но всё-таки жизнь.
Сейчас от неё ничего не осталось. Только сквозняк и чужие следы.
Осколки валялись по всему полу, подоконник засыпан мелкой крошкой, занавеска колыхалась от ветра, как чужая.
На полу у стены лежал камень.
Я подошла ближе. Бумажка, примотанная к нему скотчем, шуршала на ветру. Кривой почерк, несколько слов:
«Убирайся обратно в Москву».
Руки на секунду повисли в воздухе, не зная, что предпринять.
Телефон оказался в ладони раньше, чем появилась мысль. Список контактов открылся сам собой. Диспетчер. Механик. Ещё один номер. Гудки уходили в пустоту, обрывались, начинались заново. Никто не отвечал.
Я стояла посреди комнаты, в которой уже нельзя было находиться, и пыталась решить, что делать дальше.
Вариантов не было.
Пальцы остановились на имени Волкова.
Гудки шли дольше, чем хотелось.
— Да, — ответил он.
— У меня… — голос зацепился. Пришлось начать заново. — Окна разбиты.
Пауза на том конце длилась всего секунду.
— Где вы?
— Дома.
— Не выходите. Я сейчас подъеду.
Связь оборвалась.
Время потянулось вязко. Я не включала свет. Сидела на краю стола, застегнув плотнее куртку, и смотрела на чёрный проём окна. Ветер гнал в комнату холод и уличный шум.
В подъезде отчетливо прозвучали шаги, и в дверь постучали. Волков остановился на пороге, окинул взглядом комнату. Осколки, окно, камень на полу.
Подошел ближе, наклонился, поднял записку, прочитал.
— Ясно, — произнес коротко.
Я молчала.
Он обвел взглядом помещение еще раз, задержался на выбитом стекле.
— Здесь вы не останетесь.
Слова прозвучали без нажима.
— Попробую найти кого-нибудь, чтобы заменили стекло, — сказала я, уже понимая, что это бесполезно.
Он покачал головой.
— Сегодня никто не приедет.
Короткая пауза повисла между нами.
Холод подбирался к ногам, поднимался выше. Квартира, которая ещё утром казалась временной, но хоть какой-то опорой, сейчас выглядела чужой и небезопасной.
— Тогда что, в гостиницу? — спросила я.
Он посмотрел на меня, задержав взгляд чуть дольше обычного.