Развод под запретом — Кира Вербицкая

– Да что ты? – сощуриваюсь я со злостью. – Так может мне тоже пойти переспать с кем-нибудь? Мне ведь тоже так-то одиноко без тебя и тяжело!

Зубы Астахова скрипят от того, с какой силой он сжимает челюсть.

– Хватит меня провоцировать, Юля.

– Я просто зеркалю твои поступки! Что, не нравится? Давай, скажи мне, сколько раз ты там с этой своей белобрысой шваброй переспал, чтобы я тоже счет вела!

Наум перехватывает меня за плечи и встряхивает до боли.

– Хватит, я сказал!!

Слезы катятся из глаз и впервые за всю жизнь я чувствую накатывающую истерику. Мне настолько плохо, что хочется смеяться, но я знаю, что смех этот в конце концов превратится в страшные рыдания, которые не сдержать.

– Ну что же ты? Скажи правду! Я хочу знать, сколько раз ты мне врал, когда звонил, говорил как любишь и скучаешь, а сам потом шел к другой! Сколько раз ты так “ошибался”, а? Десять? Двадцать?

– Юля…

Наум устало вздыхает. Я отпихиваю его от себя, но Астахов не дает отстраниться, заглядывает в мои полные слез глаза и выдыхает:

– Юлька, я облажался, да. Сильно. Но я люблю тебя и никуда не уйду. И тебя не отпущу. Мы разберемся. Вместе, ладно? Просто тебе нужно время, чтобы все это переварить и успокоиться.

___

Приглашаю заглянуть в новинку литмоба "Развод с врачом"! (18+)

Развод. Диагноз: не прощу

https://litnet.com/shrt/3oJf

– Ты рылась в моём телефоне? – рычит муж, прижимая меня к стене в холле клиники. – Отвечай!

– Я не рылась. Сообщение само всплыло на весь экран. От твоей медсестры Виолетты. Про сливки с клубникой. Про то, как ты их слизываешь с её…

– И ты сразу поверила? – перебивает он с праведным гневом в голосе. – Сразу устроила сцену на рабочем месте?! Может, это шутка, может, розыгрыш, а ты готова меня прилюдно унизить!

Я думала, что у меня идеальный брак, пока случайно не увидела сообщение на телефоне мужа. Он называет это пустяком, его любовница плетёт интриги, а наш сын-подросток чувствует, что в доме началась война. Но самое странное – Александр, главный врач клиники и мой старый друг, – бросается спасать меня с таким отчаянием, будто на кону его собственная жизнь. Почему он смотрит на меня так, словно ждал этого момента пятнадцать лет? И что случилось в прошлом, о чём он так и не решился рассказать?