Да ну на фиг. Он никогда не хотел детей. С чего вдруг сейчас должно что-то поменяться? А Ю… Ю просто есть. Такая, какая есть. И все. И хватит ломать голову. Надо работать. И Влад с очередным вздохом вернулся к договору.
***
И все же что-то изменилось между ним и Ю. И копаться в этом не хотелось. Они с Ю больше не касались темы бесплодия. Ни разу. Но секс стал таким жарким, что удивительно, как под ними простыни не загорались. И пока удавалось сдерживать натиск матери на тему: «Когда ты меня с ней познакомишь?». А Влад не хотел с этим торопиться. То ли чего-то ждал. То ли просто сейчас было так хорошо, что что-то менять не хотелось. А еще Влад опасался, что с мамы станется в лоб спросить Ю про планы завести детей. А с Ю станется выдать правду. Кому это надо? Никому.
Пусть пока все идет, как идет. Хорошо же идет.
***
– Ми, этого не может быть!
– Сколько раз я это слышала.
– Мира! Я серьезно!
– Вижу, что серьезно, – Ми, она же Мира, она же Мирослава, стянула перчатки и бросила их в ведро. – Сидишь тут в одной футболке, без трусов, и рассказываешь мне, как все серьезно.
– Мирослава!
– Мирослава Тимуровна, так-то, – Ми поправила очки. – Так. Юсупова, не беси меня. Давай вытирайся и одевайся… будущая мать.
Мира была однокашницей, которая выбрала ту же специальность, что и Юся – акушер-гинеколог. И, наверное, сделала из всей их группы самую успешную карьеру, потому что к тридцати четырем годам была уже заведующей отделением патологии беременных в перинатальном центре. Именно к ней и рванула сегодня вечером Юся, когда…
Нет, этого и в самом деле не могло быть. Не могло! Но задержка уже неделя. За циклом Юся следила аккуратно, и задержку заметила сразу. Сначала дала циклу пару дней на то, чтобы одуматься. Потом списала нарушение цикла на гормональный сбой – ну, высококачественный регулярный секс после года целибата может повлиять на гормональный фон. Теоретически. Дала себе еще несколько дней. А сегодня взяла и импульсивно сдала анонимный экспресс-анализ на ХГЧ (прим. анализ для определения беременности на ранних сроках) .
И охренела. Другого слова не подобрать – именно охренела. Ни разу не было на памяти Юси такого, чтобы этот анализ показал ошибочный результат. Но Юся, глядя совершенно ошалевшими глазами в данные анализа, уже поняла, что будет пересдавать. И еще в обеденный перерыв сбегает в аптеку в «Северную звезду» и купит там пару тестов. Материала бы… на все хватило. И она потянулась к стакану с водой.
Материала хватило. И результат исследований был трогательно единодушен. И совершенно невозможен. Весь рабочий день Юся судорожно вспоминала, в каких случаях возможен ложноположительный тест на беременность, потом, в свободные минутки, читала в телефоне материалы по этой теме. Были варианты, не очень распространенные, но были. Это явно ее случай. Это явно ложноположительное срабатывание теста. Потому что если нет… Голова гудела, во рту то и дело пересыхало, и тахикардия…