– Ты пообещала мне. Что мне все будет видно.
– Влад… – выдохнула она беспомощно.
– Я хочу смотреть. Я хочу целовать. Я хочу тебя всю. Пожалуйста, Ю.
Она всхлипнула, закинула руки ему на шею и прижалась.
Иногда слова и в самом деле совершенно не нужны.
***
Все выглядело так, будто этих слов Ю не говорила. Все выглядело так, будто идет по-прежнему. И все же что-то неуловимо переменилось.
Эти ее слова… Это признание… Влад не хотел о них думать. А не думать не получалось. Ведь она могла ему об этом не говорить. Влад совершенно не нуждался в ее объяснениях. В самом деле не нуждался. Ю подала это как объяснение того, почему они могут не предохраняться. А Владу было достаточно ее слова. Того, что она сказала простую фразу: «Можно без него».
И в пояснениях Влад не нуждался, хотя это теперь, задним числом, казалось странным. Он ведь никогда не пускал вопросы контрацепции на самотек. Нет-нет, это маме внуки нужны. А вот Владу дети – нет. Ну, пока нет, скорее всего. Но момент, когда Влад мог бы без содрогания представить себя с младенцем на руках, явно пока не настал.
И все же с Ю он был как-то несвойственно ему беспечен. Впрочем, нет. Это не беспечность. Это доверие. Если вспомнить историю с Мариной – так даже безоглядное. Влад точно знал, что тема рождения детей для Ю в силу ее профессии – очень серьезная. И пускать дело на самотек она не будет. Если говорит: «Можно без него» – значит, можно. Значит, предохраняется. В конце концов, не ставит же она себе целью специально от него забеременеть. Нет, только не Ю.
Но все оказалось вообще совсем не так. Не предохранение, а невозможность. Для него это ничего не меняет. А для нее? Что это значит для нее?
Влад вздохнул и покосился на договор, испещренный правками Глеба. Владу надо работать, но он продолжает сидеть и думать о Ю.
Каково это – жить, зная, что у тебя никогда не будет ребенка? Твоего продолжения, твоей – хочется в это верить, конечно – твоей лучшей версии? Влад попытался представить себя на месте Ю. Тут же вспомнился доктор Бондаренко, который совершенно неожиданно минут пять расписывал, какие у Влада прекрасные показатели спермы. Влад был тогда настолько огорошен словами врача и даже смущен – ну вот к комплиментам собственной сперме Влада жизнь точно не готовила – что пропустил слова уважаемого доктора мимо ушей. Зато сейчас вспомнил. Получается, ему, Владу, повезло. Вопрос только в его желании. Захочет – и станет отцом. А если бы это было не так? Говорят, что, только лишившись чего-то, ты начинаешь это по-настоящему ценить и желать. Влад попытался представить себе, что у него никогда, ни при каких обстоятельствах не будет ребенка. И почувствовал неожиданный холодок по спине. Что-то, похожее на страх.