А потом пришли другие мысли. Нет, если точнее, пришло осознание, что эта его радость – не радость вовсе, а чистой воды махровый эгоизм, а то и что-то похуже. И что все вообще обстоит не так, как ему кажется. И стало по-настоящему стыдно – так, что остаток пая застрял в горле. И на Ю из-за этого острого стыда Влад смотреть сейчас просто не мог.
Ситуацию спас звонок его телефона. Влад повернул голову и посмотрел на экран лежащего на столе смартфона. Это звонила мать. Влад не имел привычки, находясь с женщиной, принимать звонки от матери. Может, это говорило о нем, как о плохом сыне, но вот так. Однако в данный момент этот звонок его реально спас. Избавил от необходимости говорить что-то здесь и сейчас.
Влад проглотил остатки пирога, сделал глоток чая.
– Извини, – голос звучал почему-то хрипло. Он протянул руку за телефоном. – Я отвечу. Это мама. Вдруг что-то срочное.
– Конечно, – голос Ю звучал совершенно ровно. – Не буду мешать.
– Погоди!
Но ее рука выскользнула из его ладони, а сама Ю вышла из кухни. Влад вздохнул и принял звонок.
– Привет, мам.
– Привет, мой дорогой, – энергично отозвалась мама.
А дальше Влад, не особо вникая, слушал долгую преамбулу матери из серии «Ну помнишь, я у тебя на кухне видела такую штуку? Она мне еще очень понравилась, помнишь? Такая блестящая с дырочками?!». Влад что-то вяло и невпопад отвечал. А потом прервал поток маминого красноречия.
– Я понял. Я скину тебе ссылку. Извини, мне сейчас неудобно говорить.
Мама вздохнула. Влад отчетливо понимал, что дело совсем не в блестящей с дырочками штучке, что она всего лишь предлог, и что мама просто соскучилась. И надо бы заехать к родителям, и… и сейчас он мог думать только о Ю. Пока Влад слушал мать, что-то разложилось по полочкам в его голове. И сейчас он не мог не думать о том, как Ю там. В соседней комнате. Одна. После своего откровения. А он тут о блестящих с дырочками…
– Ты не один?
– Да.
– Опять девушки?
Влад снова не стал спорить.
– А пора бы уже переходить от девушек к женщине.
Разговор надо было заканчивать, потому что тема дежурная, избита и не нова. У Влада в арсенале была стопроцентно дающая нужный эффект фраза «Да, мама, конечно, мама». Но поступил он почему-то совершенно иначе.
– А в чем разница, я не улавливаю?
– Девушки – процесс выбора. Женщина – результат.
– Мама, ты философ.
– Любая мать взрослого холостого сына рано или поздно становится философом!
Влад рассмеялся. Почему-то этот разговор с матерью неожиданно поднял ему настроение, вдруг пошатнувшееся. И еще словно обозначал какие-то невидимые раньше ориентиры.